Сегодня состоялось заседание. Помимо меня и защитника присутствовали аккредитованный журналист Башинформ, наблюдатель от Гражданского союза и присутствовал мой "преданный фанат" Арслан Нигаматьянов.
Я полностью признал вину. В заявлении суду указал:
«Уважаемый суд!
Я полностью признаю свою вину в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 20.3.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
В закрытом чате я использовал формулировку «дрова пожара преступной войны» в отношении военнослужащих, не указывая конкретно, о каких именно военных идёт речь. Я произнёс эти слова, не задумываясь о том, что они могут быть восприняты как дискредитация ВС РФ. На тот момент я не придавал этому значения и не предполагал возможных правовых последствий.
Позже, подробно изучив текст закона, с которым я лично не согласен, я вынужден признать: с точки зрения действующего законодательства мои слова подпадают под признаки правонарушения, предусмотренного указанной статьёй. Я это понимаю и принимаю.
В материалах дела имеются существенные процессуальные нарушения.
Акт осмотра интернет-страницы содержит недостоверные сведения: в нём указано, что осмотр проводился 29 июня 2026 года с 11:00 до 11:50 на служебном компьютере с фиксацией экрана клавишей PrtScn, однако приложенные к акту снимки сделаны с мобильного телефона в 19:39–19:40 при включённом VPN. Таким образом, главное доказательство появилось иным способом и в иное время, чем указано в официальном документе.
Лингвистическое заключение также выполнено с ошибками: специалист трижды назвала исследуемую группу «Гражданская позиция», хотя её действительное название — «Гражданский Союз – чат»; ей был поставлен юридический вопрос о наличии дискредитации, который вправе решать только суд; о предупреждении об ответственности за заведомо ложное заключение в заключении не указано; кроме того, в обоснование выводов включены сообщения другого участника чата, которые мне не вменяются.
Я мог бы настаивать на исключении этих доказательств и добиваться прекращения дела по процессуальным основаниям. Однако, будучи честным и законопослушным человеком, я принял решение признать то, в чём у меня нет сомнений: я виновен в соответствии с действующим законом. Я раскаиваюсь в том, что позволил себе такие высказывания, и прошу суд учесть моё чистосердечное признание при назначении наказания.»
Добавить к нему мне нечего, считаю его исчерпывающим.
Суд назначил штраф 30 000 рублей. Я оплатил его сразу. Дело закрыто.