Активистское общество вместо гражданского?

Автор: Варан

Вопрос о существовании реальной политики в России напрямую связан с вопросом о наличии здесь гражданского общества. Немногочисленные политические программы, не основанные, разумеется, на идее «когда все рухнет, мы заедем на броневике», апеллируют к нему как к силе, способной сыграть ключевую роль в построении новой российской политики.

Вот только существует ли эта сила?

Под гражданским обществом я понимаю сеть, включающую граждан, инициативные группы и организации, охватывающую все сферы жизни общества. Задача этой сети — отстаивать интересы и защищать права большинства граждан, при необходимости сопротивляясь действиям государства и крупного капитала. Если мы говорим о гражданском обществе как о самостоятельной общественной силе, способной противостоять существующему государству, то именно такое определение будет наиболее адекватным.

В России нет феномена, соответствующего подобному определению. Самым разрушительным действиям государства, как правило, противостоят отдельные группы, доведённые до отчаянного положения. Так было, например, весной, когда чиновники во время противоэпидемических мероприятий организовали уничтожение фермерского скота. За последние пять лет только в 2022 году люди из разных групп на краткий период смогли объединиться для защиты своих интересов, но даже так это было, скорее, демонстрация позиции, а не серьёзная попытка борьбы.

Если бы нам требовалась математическая точность, то вопрос можно было бы закрыть. Вот только мы имеем дело с обществом, а в нём всегда найдутся исключения практически для любого определения. Российское общество не мертво: ведутся кампании в защиту парков и уникальных исторических зданий, пишутся петиции против цензурирования интернета, записываются обращения по поводу локальных проблем или произвола властей. Достаточно вспомнить, сколько людей отправились на побережье Чёрного моря убирать мазут и спасать гагар.

Очевидно, что какое-то общество есть, пусть и не гражданское. Но какое?

Чтобы ответить на этот вопрос, посмотрим, как именно работает это общество. Возьмём тот же разлив на Чёрном море. Многие небольшие медиа регулярно писали об этом событии, активисты с разных концов России приезжали на побережье, действовали десятки экологических организаций и НКО. Члены небольших политических групп обсуждали причины катастрофы и рассказывали, как участие в ликвидации её последствий повлияло на их собственные движения. Площадку они находили в независимых общественных пространствах. Эти группы и объединения редко существуют изолированно друг от друга и часто не привязаны к определённому виду деятельности. Активисты участвуют в жизни разных коллективов, связывая их между собой. Эта схема постоянно воспроизводится — так возникает то, что можно назвать активистским обществом. Во многом оно напоминает гражданское общество. Однако различия между ними принципиальны.

В гражданском обществе объединение идёт вокруг прав и интересов, а в активистском — вокруг политических концепций и социальных ценностей. Это хорошо видно на примерах НКО, помогающих людям в сложной социальной ситуации — большая часть их участников в такой ситуации никогда не была. И здесь кроется действительно ключевой момент: активист — это всегда «союзник», человек, погружённый в ситуацию, но остающийся вне её. Он работает от имени угнетённой группы, не являясь её представителем. Таких людей всегда немного, и они способны заметно повлиять на социально-политическую ситуацию лишь тогда, когда их «подопечные» сами готовы к изменениям.

В условиях, когда массовая самоорганизация вокруг защиты собственных интересов систематически подавляется, общественная активность смещается в сферу гуманитарных инициатив.

И всё же активистское общество является не только средой для популяризации идей и продвижения проектов, но и каналом связи граждан с политикой. Если разные социальные группы начнут объединяться не только вокруг ценностей, но и вокруг защиты собственных прав и интересов, активистские сети могут стать основой нового гражданского общества.