Насчет роли Франции в описываемых процессах высказался историк Эрнест Лависс: «Нация, которая создала самое себя собственной волей, это вклад Франции в мировую историю».

Вот это и есть современная (после ВФР) конструкция «нации». Но мы же понимаем, что это бред! Творение совпало с творцом в одном лице? Воля возникла раньше её обладателя? Мы всё ещё в светской парадигме рассуждаем, или уже активно веруем? Да и вне формальной логики, мы должны понимать, что нация, как продукт масштабирования и унификации государства, слишком крупная сущность, чтобы её составляющие – люди – обладали реальным внутренним единством (общностью интересов и согласием в вопросах права) и находились в состоянии сообщества.

Нация, которая породила саму себя – это, таким образом, ложь. Не фантазия, а именно ложь, поскольку фантазия не имеет последствий, а вот конструкция нации налично функционирует, порождая для принадлежащих к ней (по факту соблюдения определенных государством условий) обязанности без всякого на то соглашения со стороны обязанных.

Нация – это создаваемая государством фикция, задача которой состоит в обосновании необходимости подчинения государству. Иногда такая фикция требует масштабного насильственного утверждения, как это было в США по результатам гражданской войны между севером и югом. Юг руководствовался республиканской логикой, полагая, что Конституция не абсолютна, и её легитимность может быть пересмотрена в любой момент времени свободными людьми в своем отношении (соответствующую юридическую аргументацию привел Лисандр Спунер).

Без разницы, имеет ли эта нация выраженный этнический характер или нет, однороден ли генетически её состав. Главное здесь – вопрос власти, качественного принципа властных отношений. Принцип абсолютного доминирования системы над человеком. От нации требуется только гражданская покорность – начальнику виднее. И поскольку единственой сутью государства является власть как таковая, суверенное господство над массой и над каждым в отдельности, то и разница между различными их типами сводится к различиям атрибутики, бирюлек, лозунгов и тому подобного.

Государство забирает у человека всё, взамен отдавая чувство причастности к его «великим свершениям». И тут уже встает вопрос индивидуальной адекватности, зрелости и уровня умственного развития, ведь кто-то всерьез этим чувством причастности довольствуется.