– А ну-ка! Лови!

Мяч со свистом пролетает в воздухе и звонко ударяется прямо в спину Агиделя, сбивая того с ног, заставляя ничком впечататься в кучу песка.

– Ай! – сплевывая отвратительные, хрустящие на зубах песчинки, Данис нелестно выдыхает в сторону поразившего его снарядом младшего Иртышского – Бына әтәс...

– Данис! Не выражайся!

Наблюдающая за игрой в вышибалы Ксюша руки в бока упирает, прожигая Агиделя взглядом, не забывая упомянуть, что тут, вообще-то, дети.

– Да эти дети... – Уфа стряхивает с волос остатки песка, всё ещё крайне недовольно косясь в сторону сибирских.

– И того три-ноль, в пользу Сибири. – Киря одним пинком заставляет волейбольный мячик подлететь вверх, а после ловко перехватывает его в руки – Каков вкус у поражения, дядь Данис, а?

Агидель лишь фыркает, чем вызывает усмешку.

– Да ты ж мой умничка! – Максим к Кире подлетает, руку ему на голову укладывая, по-отцовски волосы растрепывая, радостно восклицая – Туда этих уральцев!

– Данис, не расстраивайся, это просто игра. Главное не победа, а участие!

Со "скамьи" выбывших слышится голос Серёжки, что в ободряющем тоне призывает Агиделя не придавать проигрышу их команды такое огромное значение. Впрочем, его убеждения о незначительности проигрыша  рушаться почти тут же, стоит в разговор встрять Ново-Омску.

– Ну да, проигравшим только и остаётся говорить эту фразу. – с самодовольной улыбочкой высказывается Киря – Сам-то первее всех выбыл. А разговоров-то скольку было о "профессионализме" в этой игре.

Магнитогорск зубы свои сводит, пытаясь сохранять самообладание. Этой сибирской занозе просто повезло, что у него в моменте затекла нога и он не смог увернуться от мяча, только и всего!

– Так, мелочь, не ссориться. – в разговор встревает Юра, как раз закончив со своим мини-перекуром – Главное, что мы повеселились от души, верно же?

– Ага, верно. – кивает Максим, а после копирует ту же довольную лыбу, прижимая к себе сына за плечо – Но выиграли-то мы.

У Татищева глаз дёргается. Ну вот сил с этими сибирскими нет, а! Ещё чуть-чуть и он не посмотрит на то, что Омск ему друг. Вот возьмёт этот мячик, да как...

– Так, а ну-ка все успокоились! – рядом возникает фигура Тани, одним своим тоном заставляя мальчишек притихнуть – Развели тут баталию из игры. Лучше б с таким же энтузиазмом помогли разложить стол со стульями для шашлыков.

– А чё Московского не запрячь этим заниматься? – закатывает глаза Челябинск – Он вон кроме жалоб на мошек ничего в наш отдых не привнёс.

– Татищев!

– Да всё-всё, иду... – Юра тихо тцыкает, локтём несильно пизая под бок Даниса и Серёжу – Давайте, поможете мне облагораживать место для нашей трапезы.

Серёжа только вздыхает, но не смеет высказаться против. Данис же лишь спокойно кивает, но на последок всё же кидает красноречивый взгляд на сибиряков. Они ещё устроят матч реванш.

– Так, а вы чего двое встали? – Турская взгляд на хихикающих в стороне Иртышских переводит – Заняться нечем? Там вон Илья с Катей целое ведро окуней наловили, чистить кто их будет по вашему?

– Ну Та-а-ань... – Киря морщится только от одного упоминания рыбы.

Однако Тюмень остаётся непреклонной. Слишком уж отчётливо читается в её глазах угроза получить подзатыльник за поясничество. Делать нечего, приходится смириться со своей участью и добровольно сдаться в рабство.

– Ну вот что с этими мальчишками делать... – Таня вздыхает, поправляя свою косынку, отходя к Ксюше – Ни минуты спокойствия, только дай волю, они уже подраться готовы из-за глупой игры.

– Ну брось, Танечка. – тихо смеётся Орьева – Сама же знаешь, какие все мальчики — дети.

#черновик #хихихаха