В конце концов, все боялись только одного: вышестоящих начальников и проверок. Такова система государства с централизованной властью: никто не хозяин самому себе, все живут и работают в страхе перед власть имущими.
Так что наша тоталитарная секта была лишь малюсеньким пузырьком внутри точно такого же, только огромного.
Изначально я узнала про Анну именно через Sandermoen Pub-аккаунт, тк изучала европейский тамиздат. Увидев эту книгу, поняла, что у человека невероятный бэкграунд и я ХОЧУ об этом знать.
Это автобиография об эволюции взглядов. Небольшие главы легко читаются, но предмет рассказа совершенно непростой — внутрянка тоталитарной секты глазами ребенка совершенно непохожа на жизнь в строгой семье. Это совершенно не "семья" в том смысле, в котором привычно воспринимать дом и близость. Это постоянное искажение, дезинформация, вдалбливание смысла и цели через психологическое насилие ("лечение") и физическую боль ("коррекции").
Повествование перемежается комментариями и сканами писем от родителей и бабушки. Для Анны в данном случае книга — попытка восстановить события и сопоставить детские впечатления с позиции взрослого. Изменение ее собственного контекста в эмиграции дает ощущение безопасного пространства, где контроль над жизнью, памятью и мнением — в ее собственных руках.
Письма вызывают эффект зловещей долины. То, с чем ежедневно сталкивается ребенок, и то, о чем пишут ему родственники — это совершенный сюр в обертке "трогательных посланий", на самом деле обезличенных. Не лживые, но определенно полные иллюзий.
В процессе работы над воссозданием тех или иных событий, Анна провела целую исследовательскую работу и провела множество интервью с людьми, которых так или иначе затронули те же обстоятельства. Случай конкретно секты Столбуна примечателен его страстью к социальным экспериментам (это ирония), и в частности покровительством популярнейших людей из светской тусовки Союза — многие тоже "делегировали" своих детей на перевоспитание в вундеркиндов.
Детская психика очень гибкая и адаптивная, но вера в то, что, научившись выживать в самых сложных обстоятельствах ребенок "далеко пойдет" — самообман. Нельзя сделать ребенка послушным и любящим, не занимаясь им, это невозможно. Но можно выдрессировать, чтобы он боялся вести себя иначе, боялся не угадать настроение взрослого, боялся дать неправильный ответ.
Но закончилось все хорошо — Анна много путешествовала, эмигрировала, познакомилась с чудесным человеком и открыла издательский проект в Швейцарии, где занимается детской, в частности для детей-билингвов, подростковой-и-не-только литературой.
Восхитителен момент с отзывами на том же Литресе. Добросердечную публику триггерит даже тень, брошенная на их светлые воспоминания об СССР. Странно ставить крест на книге, когда автор просто рассказывает свой опыт, и сама приводит пример знакомой относительно мнения "дачтотакоеговоришь", "нормальновсебыло". Где потом оказывалось, что знакомая — из обеспеченной семьи военного с квартирой в собственности, тогда как автор — из репрессированной. У всех разный опыт, это ОК, будьте эмпатичными и понимающими.
___
Невероятный контраст с "семью способами засолки душ", конечно, на которую сетовала вот тут. Сравнивать их некорректно, но я хотела бы, чтобы такая детальная документальная фактура из "бабушки" легла в основу "засолки"... Но нет. А жаль.