Дмитрий Матюшенков, политолог, член Экспертного клуба «Дигория», cпециально для канала DOFA

Визит Владимира Путина в Индию стал не только важной вехой российско-индийских отношений и саммита БРИКС, но и наглядной демонстрацией формата многополярного мира, о котором российский Президент говорит уже много лет: несколько самостоятельных центров силы, которые взаимодействуют без подчинения одного государства другому. И его преимущества видны сразу, начиная со встречи российского лидера. Безусловно, существует протокол, который обязывает встречать глав государств на самом высоком уровне, но ни один протокол не может заставить аплодировать настолько бурно, что Путин несколько раз даже прерывался в ожидании, пока стихнут овации. И это показатель отношения не только к нему как к президенту России, но и ко всей стране в целом, к которой прислушиваются и которую уважают.

И что самое главное, слова этой страны не расходятся с делом. Вместо уже порядком надоевших на Западе разговоров о перевооружении и новых поборах — повестка развития: открытые технологии, свободная торговля, инвестиции, новые транспортные и финансовые маршруты, сотрудничество без политических условий и санкционного диктата.

БРИКС сегодня — один из главных примеров того, что многополярность становится реальностью. В объединение входят 11 государств, на которых приходится около 49,5% населения планеты. За последние пять лет именно страны БРИКС обеспечили почти половину мирового экономического роста — совокупная доля БРИКС в мировом ВВП за этот период превысила 40%, в то время как G7 составила около 29%.

Но гораздо важнее здесь не цифры. БРИКС принципиально отличается от традиционных блоковых моделей. Это объединение никого не принуждает и не подавляет. У его участников разные политические системы, экономики, внешнеполитические интересы и позиции по международным вопросам. От них не требуют отказаться от суверенитета. Государства сотрудничают там, где совпадают их интересы, сохраняя собственный курс.

Именно это и есть практическое содержание многополярного мира: страны могут быть разными, но при этом равноправно сотрудничать и развиваться. На этом фоне особенно заметен контраст с политикой коллективного Запада, где собственные интересы все чаще пытаются выдавать за универсальные, а национальные интересы целых государств — игнорировать. Санкции, торговые ограничения и политическое давление используются как инструменты принуждения к единой линии, которая трещит по швам и выгодна лишь отдельным европейским государствам.

Российский опыт показал ограниченность такой модели. Против России введено более 30 тысяч санкционных ограничений — почти вдвое больше, чем против всех остальных стран мира вместе взятых. Однако вместо изоляции Россия перестроила значительную часть внешнеэкономических связей, расширила сотрудничество с государствами Азии, Ближнего Востока, Африки и Латинской Америки. Российская экономика в последние три года росла быстрее мировой, а ВВП в 2023–2025 годах увеличился на 10,3%.

Таким образом, Россия показала мировому большинству: давление со стороны крупнейших западных держав не означает автоматического подчинения их требованиям. Можно сохранять самостоятельную политику, создавать новые логистические и финансовые маршруты и продолжать развиваться.