Китай «слил» Потанина: крупнейший проект «Норникеля» в КНР разваливается

История о «стратегическом партнёрстве» России и Китая получила очередное практическое измерение - на этот раз на примере олигарха Владимира Потанина и «Норникеля». Крупнейший зарубежный проект компании - строительство медеплавильного завода в Китае - оказался на грани срыва после выхода китайского партнёра из сделки. Речь идёт о совместном предприятии с китайским конгломератом Xiamen C&D, с которым российская компания вела переговоры о переносе части медного производства в КНР.

Проект носит стратегический характер: завод в порту Фанчэнган предполагалось запустить в 2027-2028 годах, он должен перерабатывать до 500 тыс. тонн меди в год, а сам «Норникель» рассчитывал ежегодно поставлять туда около 2 млн тонн концентрата. Фактически речь шла о переносе части промышленной базы компании в китайскую юрисдикцию - как способ обхода санкций, технологических ограничений и проблем с расчётами. При этом аналогичный завод «Норникеля» в РФ предполагалось закрыть: многие считают, что китайский проект связан, в том числе, с нежеланием олигарха проводить дорогостоящую модернизацию своих мощностей в России.

В любом случае, китайская сторона вышла из проекта: сделка сорвалась после смены менеджмента у партнёра. Теперь «Норникель» в авральном режиме ищет нового соинвестора в КНР. По данным инсайдеров, соответствующие предложения могли быть сделаны таким крупным игрокам, как Jiangxi Copper (крупнейший производитель меди в КНР), China Copper, а также большим государственным металлургическим холдингам (CHALCO, Baowu). Если быстро найти нового партнера не удастся, «Норникелю» придётся продлевать работу старого медного завода в Норильске, который планировали закрыть к 2027 году.

Произошедшее – один из знаковых сигналов, что китайский бизнес не готов «автоматически» спасать российские корпорации, даже если речь идёт о таком сырьевом гиганте с десятками миллиардов оборота. Китай в очередной раз показывает, что его партнерство с Россией – брак по расчету. Он действует прагматично, учитывая санкционные риски, политическую токсичность, экономическую неопределенность. Вот вам и «стратегическое партнерство».