Посмотрел тут материал Life о собственности семьи Натальи Комаровой, и скупая старческая слеза навернулась. Милота! Наталья Владимировна как типичный представитель женщины советской формации все годы, замерзая на Северах, посвятила тому, чтобы заработать дочкам на жилье. Ведь, очевидно, что младшей дочери Ирине как питерскому журналисту к 39 годам вряд ли удалось бы заработать на квартиры в двух столицах стоимостью в десятки миллионов. То же самое касается 44-летней Натали. Да, в «Нортгазе» (уже давно, по-моему, выкуплен «Роснефтью») платили и платят, уверен, не мало. Тем не менее, даже с такими зарплатами приобрести жилье в Москве, о котором пишет Life, не реально.

Из чего (если все описанное в прэссе так и есть) делаю предварительный вывод о том, что девушкам помогала мама. И в этом нет ничего плохого. Это так понятно по-человечески, с одной стороны. А с другой — весьма прагматично, пускай и консервативно. Вложения в столичную недвижку, да еще и для своих же детей — что может быть надежнее в нашей такой нестабильной стране.

Еще один момент отметил — аскезу «Натальи Владимировны дорогой». Сама она живет в казенном доме, простите за каламбур. Ну реально — в Ханты-Мансийске своего жилья нет, там резиденция, предоставленная государством (Да и в той никакой личной жизни. Про обнаруженную случайно камеру над кроватью я как-то уже упоминал). Все по закону. Ну да, содержится на налоги югорчан. Ну так она и пашет, как на галерах. В Москве, если верить прэссе, ночует на раскладушке в «посольстве Югры» в Староконюшенном. Тоже ведь полагается по закону как губернатору.

А 186-метровая квартира в Москве? Ну так могла себе позволить, возглавляя газовую столицу страны Новый Уренгой, работая вице-губернатором Ямала, а потом руководя в Госдуме стратегическим комитетом по природным ресурсам.

Так что зря коллеги зубоскалят. «В общем, жалко её, несчастная она баба», Баба Ната.