Вчера пыталась объяснить ребенку, каким было моё детство, когда я училась в третьем классе. И чем мы вообще занимались после школы, когда ещё не было соцсетей, Гравити Фолз и прочих роблоксов.

Ну, кружки, секции — это понятно. Во дворе гуляли. А что ещё?

Помню вкладыши.
Гардемаринов.
Девчачьи анкеты (с вопросами «согласилась бы поцеловать негра?»).

Помню, как была старостой класса и командиром звёздочки. По современным меркам — это как обладать синей галочкой среди восьмилетних.

Ещё в третьем классе у нас были октябрятские собрания, на которых мы обсуждали, кого после уроков следует подтянуть по успеваемости. Совсем как в рассказах Драгунского и Носова.

Кстати, Носова — моя девичья фамилия. Поэтому каждый октябренок из нашего класса считал своим долгом уточнить, не мой ли это дедушка написал «Незнайку».

После упоминания про единственный мультик за весь день — перед сном, и про мою гордость — коллекцию редких почтовых марок с динозаврами («почтовых… что?»), — ребенок зевнул и потянулся к телефону.

Спасибо, что не стал уточнять, все ли динозавры к тому моменту вымерли.

И тут я вспомнила свою бабушку. Она тоже любила рассказывать про одну пару туфель на двоих с сестрой и как из-за этого им приходилось на свидания бегать по очереди.

Мне тогда казалось, что скучнее истории не существует, а теперь я сама тут стою и рассуждаю на тему «а вот в наше время…».

Похоже, семейная эстафета передана успешно.

Лайк, если помнишь вкладыши Турбо, Алёшу Корсака, а главное — как звали ворону из «Спокойной ночи»!