Выходим с утра в школу, опаздываем. На детях нахлобучены шапки, надеты перчатки, у одного в руках большая щетка для чистки машины, на которой я сейчас повезу их в школу. Вид у всех сонный, злой и озабоченный. Никто не ожидал снег в конце апреля.

Навстречу нам в подъезд заходит дядечка: голова непокрыта, куртка расстегнута, на лице гуляет выражение беззаботной беспечности. В одной руке он зажимает две бутылки с вином, в другой — советского вида тортик, такое небольшое полено, украшенное розочками, грибочками и прочими вензельками.

Нетвердая походка выдает человека, чей воскресный вечер плавно перетек в утро понедельника, и жизнь, полная праздника, продолжается. Снег кинематографично лежит у него на плечах. Ну чисто Ипполит перед свиданием с Надей.

— Какой, — говорю, — у вас чудесный утренний набор!

Дядя зависает, пошатываясь. По лицу проходит мучительная рябь поиска ответной реплики, и, так и не преуспев в этом, он широко разводит руками и улыбается.

Так мы и расходимся: я с детьми чистить машину, а он — свою карму вином и тортиком.

📌 для тех, кому удобнее в МАХ