Отличный текст Зары Абдуллаевой про «повестку» на Венецианском кинофестивале и как сложно выдерживать ее натиск. Вот фрагменты:

📍Про золото Джармушу:
То, что Джим Джармуш — из последних самых независимых режиссеров (наряду с Аки Каурисмяки) — получил «Золотого льва», мало кто ожидал. Джармуш призами не избалован. Не давались они ему. И не очень-то были нужны. Фанатов его кино и без них предостаточно. Картину «Отец, мать, сестра и брат», за которую Джармуш получил главный приз, в отбор Канн не взяли. Как и в далекое время «Веру Дрейк» Майка Ли, тоже получившую главный приз «Мостры». Пижонски отвергли каннские отборщики и модернистский шедевр Джармуша «Пределы контроля» «чистый дзен» и энигматичный триллер.

📍Есть мнение (его я не разделяю), что Джармушу дали приз за выслугу лет, что это старомодное «папино кино». Неправда. Оно живее и пластичнее опусов режиссеров-ньюсмейкеров. А нюансировано с такой беззаботной ненавязчивостью, с таким естеством, что веришь: чудеса случаются. А прохлада, льющаяся с экрана, отменяет испытания жарой.

📍Про фильм, ставший символом войны в Газе:

Высокий рейтинг «Голоса Хинд Раджаб» в голосовании иностранных критиков все же профессиональных зрителей разделил. Говорят, что Александр Пейн и бразильская актриса из жюри сражались из-за этого фильма. Пейн не хотел ему «Золотого льва» отдавать. По-моему, справедливо. Однако суждения о том, что только циники могут «Голос….» не принять, раздавались многократно. Я себя жестокосердной не считаю, но сопротивлялась настырному желанию режиссера заставить меня зарыдать. Эта формула надоела.

📍Про «Память» Владлены Санду и Короткое лето Насти Коркия

Именно война (далекая чеченская) в центре совершенно разных картин наших режиссеров, снятых на деньги европейских фондов (программа «Венецианские дни»). Надо сказать, что «Память» Владлены Санду и «Короткое лето» Насти Коркии обсуждались на «Мостре» едва ли больше всех других картин. Причем не только соотечественниками. Отличные рецензии в зарубежной прессе, колоссальный интерес публики престижной программы «Авторские дни»
📍Настя Коркия, в отличие Владлены и ее амбициозной «Памяти», сняла тихий фильм. Солнечный зайчик ловит в ручках героини свет. Но преломляет он летнее затишье перед бурей. Время действия — 2004-й. Лето в деревне. Катя (Майя Плешкевич) тут у бабушки с дедушкой. Скуку разнообразят игры с местными друзьями — салочки, футбол. Периферийный слух ловит военные новости из радио, телевизора. Звучат они глухо, издалека. Не так четко, как в «Опавших листьях» Каурисмяки. Конфликт между летней идиллией и новостным эхом создает саспенс — деликатный и внятный. Дети играют… А в это время на дальнем плане долго ползет товарный поезд с бронетехникой. Дети этого не замечают.