ПОЧЕМУ ВХОЖДЕНИЕ ЮЖНОЙ ОСЕТИИ В РОССИЮ ПОКА НЕВОЗМОЖНО

В последнее время много разговоров о том, что Москва готовит внешнее управление в Южной Осетии, путем назначение на должность Премьер-министра Республики российского чиновника, с последующей отменой ценза и выдвижением этого человека на должность Президента. Механика повышения рейтинга нового человека проста: под флагом нового премьер-министра решатся все старые проблемы - от индексации заработных плат и пробок на таможне, до запуска предприятий и создания дополнительных рабочих мест, например, тех самых, которые Боллоев и БТК готовы были открыть в районах Республики. А при регистрации кандидатов в Президенты Южной Осетии не допустят ни одного конкурентоспособного политика.

Многие утверждают, что это все делается для организации процесса вхождения Южной Осетии в состав России и именно для этой глобальной цели нужны, и новый Президент из России, и новый договор, подписанный 9 мая. Но почему это мало вероятно? Еще в XVIII веке генерал Иван Васильевич Гудович, командующий Кавказской линией в своих донесениях императрице Екатерине II (в частности, в 1791 году), обосновывая необходимость активной политики на Кавказе, писал: «Ключ от Кавказа лежит в Тифлисе», - подчеркивая стратегическое значение Грузии и Тбилиси для контроля над всем регионом.

Сегодня Грузия - один из последних «островков» и условных партнеров России. Рисковать дружбой с которой крайне опасно. В Грузии огромное число людей, недовольных политикой действующих властей и их тесного взаимодействия с Россией, многотысячные митинги в 2025 году тому подтверждение. И что не меняется уже более 100 лет в политике Грузии - так это то, что они считают Южную Осетию частью своей территории, ныне оккупированой Россией.

Сегодня Грузия выполняет роль важнейшего хаба для России, растет товарооборот. Грузия одна из немногих стран, откуда Россия осуществляет параллельный импорт. Любое обострение, тем более на фоне действий недружественной политики Армении и Азербайджана, и ситуации на фронтах СВО, будет катастрофичным. И нет ничего более раздражающего в Российско-грузинских взаимоотношениях, как вопросы, связанные с Абхазии и Южной Осетии.

Даже если предположить, что Россия осуществит многовековую мечту осетин и Южная Осетия войдёт в состав России, то это моментально выльется в беспорядки во всех крупных городах Грузии. Сотни тысяч людей, агрессивно настроенных против власти, будут требовать от неё ответа. Такая политика, заставит Грузию снова развернуться лицом к западу, заговорить о вхождении в Евросоюз, что совершенно невыгодно России. Данный сценарий, с учетом принципиальности вопроса для Грузии, может вылиться в очередной государственный переворот и свержение действующей власти, лояльно настроенной к Москве. Данный вопрос не стоит считать линейным, это куда более сложная задача. Потеря Грузии будет означать полное поражение России в Закавказье, таким образом мы теряем любой сухопутный коридор на юг. Азербайджан уже закрыл свои сухопутные границы, если это сделает и Грузия, учитывая политику Армении, то любое возможно сотрудничество с Ираном станет ещё более проблемным.

Уверен, что в Москве это прекрасно понимают. Не понимать этого невозможно. Именно поэтому, менять Грузию на Южную Осетию, мало кто решится. А вот решение вопроса об открытии границы Южной Осетии и Грузии и организации транзита грузов (может даже в рамках реализации проекта «Север-Юг»), которые не очень популярен в обществе Южной Осетии, может быть решен новым, независимым от местных предрассудков, политиком. Сергей Кириенко, безусловно обладает собственным почерком и стратегиями, отличающимися от технологий и подходов Владислава Суркова, и он часто бывает заметен и узнаваем. В любом случае, будет ли стратегия АП успешна, покажет время.

P.S. Что касается вчерашнего выступления Алана Гаглоева на встрече с Владимиром Путиным, кажется очевидным, что бумажку с нужными словами он получил аккурат перед встречей и был вынужден читать то, о чем его попросили.

Давид Газзати
политтехнолог