Языковой вопрос. Часть 4
Власть вновь пытается найти компромисс между двумя общественными запросами и факторами риска, но вопрос уходит не только в статус, но и в конкурентоспособность языков.
Судя по всему, аргументом в пользу усиления казахскости стала вера в возможность ИИ вывести государственный язык на новый уровень. В задачах для купленного в прошлом году суперкомпьютера сразу было указано развитие "первой казахстанской языковой модели KazLLM, способной анализировать и генерировать тексты на казахском языке". Эту задачу творческая интеллигенция, в отличие от баталий за статус, доблестно провалила.
С другой стороны, русскоязычные нейросети и чаты уже успели завоевать популярность. В основе и тех, и других лежат американские технологии, дающие большой процент глюков, дурно влияющие на когнитивные способности пользователей и продвигаемые на модели надувания финансового мыльного пузыря. Но именно они, видимо, теперь будут обеспечивать конкуренцию между русским и казахским контентом, а заодно и стирать грань между ними, обеспечивая взаимный перевод.
Вместе с тем, нужно понимать, что некоторые деятели рассматривают замену одного слова как "победу", т.е. мыслят категориями военных действий и имеют образ противника.
Сохранение стабильности, в первую очередь в национальных и языковых отношениях - это один из базисов, лежащих в основе современной казахстанской государственности, а заодно и мира в Центральной Азии.
Казахстанское руководство - и раньше, и сейчас - проводило политику пресечения любых форм радикализма и экстремизма. В последние годы контроль межнациональных отношений был усилен и систематизирован. Поэтому будем исходить из того, что власть традиционно и осмысленно будет беречь мир в обществе от тех, кому нужны "победы", а слова "наравне" и "наряду" останутся синонимами.