Боре Лейбову

когда мы восстанем
о, когда мы восстанем!
когда мы, наконец, восстанем -
вот они охуеют.
они же думают,
что разделались с нами
что наш слабый шепот
им только мстится
что рано или поздно
мы перестанем мерещиться им
в каждом зеркале
на каждом листе
каждого свидетельства
о рождении.

когда мы восстанем
о, когда мы восстанем!
мы встанем растерянною толпою
у нас не будет ни стратегии,
ни даже плана,
но мы будем восставшими,
восставшими будем,
и это
и само это
заставит их завидовать нам
сквозь кромешный ужас
ведь мы же восстанем, да?
ведь мы же однажды восстанем?

когда мы восстанем
о, когда мы восстанем —
бедные наши тела
и бедные наши
(не знаю, как назвать,
и давайте не будем),
словом, - бедное все,
с чем мы будем тогда
предстоять своему стыду
за то, что не было сделано,
и своей совести - за то,
что сделано было —
бедное оно все,
что словно бы обретем
заново
когда мы восстанем
о, когда мы восстанем!

когда мы восстанем
о, когда мы восстанем!
выяснятся, конечно, тяжелые вещи:
некоторые из нас окажутся,
как положено, доносчиками,
несчастными рабами пентаграмм,
рабами близких,
оставшихся у них в лапах;
некоторые окажутся
неизвестными героями,
вырвавшимися из
безжалостных лап,
отказавшихся пить
из отравленных блюдец.
все это будет неважно:
только любовь останется в нас
когда мы восстанем;
запомните это, пожалуйста:
только любовь останется в нас
когда мы восстанем.

когда мы восстанем
о, когда мы восстанем!
мы же столкнемся с ними
лицом к лицу,
когда одни (из нас и из них)
побредут стать ошую от Него,
другие - стать одесную.
мы будем тянуть руки
к возлюбленным своим
которых мы оставили
живыми
а они и в этот час
будут от нас шарахаться.
будут шарахаться от нас
даже в Час Этот
шарахаться и шептать:
«что вам от нас нужно?
мы потёрли все эти ваши
опасные сообщения
в телеграме
все зеркала
вовремя занавешивали черным
всегда крестились
когда шли по Лубянке
что вам нужно от нас?
что вам нужно от нас,
чертовы пидарасы?!»
я боюсь, что сердце мое
разорвется от боли, Алеша,
когда мы восстанем.