На красном обелиске створки белых линий
И шут под ними в нереальности сквозит
Слева от него безликое могущество
И Хаос в этом зале противный паразит.
Я сценарист и моей пьесы нет, нет бумаг и сцена — грязный бункер.
И глаз Лимонова жмется на меня.
Я психопат, раз сам собой бываю, кричу я с кафедры чистые слова.
Гримаса клоуна то счастье — то печаль, я проник в него надолго. В многомерной жути прощупал местность и дорогу
опуская руку в жерло пустоты.
Я не менял лицо, играл, играл до гроба
До окаменелой боли на костях
В опасности не страшно
Пугает постоянно быть в гостях.
Он ускользал, остался запахом сигар
Эдуард пожал мне руку, так громко, четко говорил
Сказал мой стих прибил его как муху и какой большой он все же был.
А на суде источники спросили, на чем основано, мол, произведение?
Ответил им "Ваши источники — лучшие в мире"
Я фильм назвал "Заброшенное время"
Кино о жизни, о жизни этот фильм.