У меня в Анадыре живет друг юности. Когда мы были маленькие, то учились на одном курсе геологического факультета. При нас Ленинград стал Санкт-Петербургом, а ЛГУ им. А. А. Жданова , - просто СПбГУ. Я и сейчас запинаюсь на этой аббревиатуре. Кстати, метрополитен им. Ленина планировалось переименовать в метрополитен им. Петра Великого. В этом угадывалось что-то шизофреническое, но по молодости понятие нормы у нас еще не сформировалось и мы не возражали.

Друг прожил интереснейшую, полную приключений, потерь и открытий жизнь. Впрочем, почему прожил? Он и сейчас ее живет. Вот, завербовался на Чукотку несколько лет назад и теперь смотрит в окно прямо на Анадырский залив Берингова моря. Солнце ежедневно восходит откуда-то из вод Тихого океана между ним, стоящим с чашкой кофе, и Аляской. Он один из первых, кто видит новый день и сразу начинает его жадно жить, пока остальные доживают еще свое унылое "вчера". Скажи мне кто твой друг, и... Да пожалуйста! Мой друг - человек завтрашнего дня.

Здесь вообще живут люди завтрашнего дня. Звоня им по телефону вечером, мы застаем их за завтраком, потому что это звонок в будущее. Можно даже попытаться спросить, что там в этом "завтра"? Ответ, впрочем, очевиден: то же, что и вчера. Но если всерьез озаботиться изменением прошлого, то здесь такое доступно многим. Другое дело, мало кто любит возиться. Здесь все неторопливо, потому что обычного "сегодня" насыпано больше чем в других местах.

К парадоксам времени привыкаешь быстро, и уже через неделю-другую идея изменить прошлое кажется суетой и блажью. Достичь просветления, стоя на последнем берегу вчерашнего дня легче, нежели когда между тобой и будущим еще поля, леса, горы, реки и вечное русское "а пошло оно все..." Оно само не пойдет. Его надо двинуть. Желательно с востока на запад.

Вдоль залива тут рыбацкий самострой, тросы, к которым крепятся сети уходят в воду. Их вместе с завтрашними делами вытягивают на берег перед тем, как встанет солнце. Что там в сетях этого завтра? Есть ли надежда?