Солнце резало глаза даже сквозь закрытые веки, а под ними плясали по сетчатке яркие пятна. Виктор поморщился и отвернулся от окна в противоположную сторону. Его щека прижалась к чему-то горячему, живому и дышащему. Джейс.
Будучи сонным, он не отказал себе в желании придвинуться ближе и зарылся носом в изгиб шеи. Втянул запах чужой кожи — теплый, с древесным одеколоном, почти выветрившимся и уже смешавшимся с потом и сном.
Виктор беззвучно зевнул и перевернулся на спину. Под его затылком покоилась рука Джейса. Она наверняка уже затекла, но Талис, объятый крепким субботним сном, пребывал в блаженном неведении, не чувствуя ни онемения, ни веса чужой головы. Тогда Виктор прислушался к дыханию парня рядом с собой. Сначала он уловил ровный ритм, медленные вдохи и выдохи, но, вслушавшись, различил за ними тихие звуки. Джейс едва слышно гукал во сне, а его горло непроизвольно сокращалось, выпуская воздух.
Нервозность у Талиса Виктор отмечал и до этого: тот имел пристрастие грызть карандаши, ковырять заусенцы и дергать ногой. И иногда, когда Джейс был неподвижен, Виктор улавливал невольные сокращения мышц в его лице, подрагивающие плечи и пальцы рук.
Он осторожно приподнялся, стараясь не потревожить чужой покой. Лицо Джейса казалось ему почти безмятежным, если не считать едва уловимой судороги, зацепившей уголок рта. Виктор оторвал ладонь от влажной простыни и, сочувственно вздохнув, принялся поглаживать чужое предплечье.
🎵 к прослушиванию:
Tori Amos — Cruel
Elsiane — Morphing
Sneaker Pimps — Walk The Rain