У райских врат нет ангела Ридвана,
апостолов Петра и Иоанна
(каноны и апокрифы не в счет),
Нет никого другого,
а еще
повернут ключ – и Бог гостеприимен,
встречает каждого, зовет по имени,
беседует о жизни на земле,
о южном лете, северной зиме
и межсезонье, временном понтоне.
 
Бог потирает влажные ладони,
рассматривая гостя в небоскоп:
- Откуда ты?
- Из русского окопа,
ребята эти рядом из него же,
Прости за неопрятность,
мы ведь, Боже,
к тебе не собирались в эти дни,
до ПВР,
до штаба,
до родни,
до вечера доехать лишь хотели,
и вот сидим тут,
в смертном бледном теле
бессмертная солдатская душа,
ни есть,
ни спать,
ни попросту дышать
не нужно здесь – сплошь светские беседы,
Друзья, враги – все мирные соседи,
и ничего.
И нечего уже...
 
У райских врат подстрелена мишень
последняя,
и к Богу вход свободен,
Он каждого зашедшего проводит
до места и расскажет по пути,
прощал как прежде
и теперь простил…