DADADA.LIVE

Еврейский музей в Берлине сначала стал знаменитым зданием — и только потом музеем.

Когда в 1999 году пустой комплекс Даниэля Либескинда впервые открыли для публики, люди приходили смотреть на стены, коридоры, пустоты и тупики. Экспонатов там ещё почти не было — архитектура сама рассказывала о разрыве, изгнании и утрате.

Но за этим зданием стоит куда более длинная история: первый еврейский музей Берлина, открытый в 1933 году; уничтоженные коллекции; послевоенные споры о памяти; объединение Германии; и вопрос, который до сих пор звучит очень современно: какое место еврейская история занимает в истории самой Германии?

К 25-летию Еврейского музея разбираемся, как всё это сложилось в один из самых узнаваемых музеев Берлина.

📺 В партнерстве с АНУ — Музеем еврейского народа в рамках серии блиц-интервью «Откуда это взялось» попросили доктора Реувена Кипервассера рассказать о Йом Кипуре.

Можно ли считать Йом Кипур днем покоя? Достаточно ли раскаяться в Йом Кипур, если весь год грешил? Что на самом деле говорит ТаНаХ о Йом Кипуре?

Присоединяйтесь к просмотру.

Гмар хатима това!

К Йом-Кипуру напомним об одном нашем видео.

Желаем вам самого главного: хорошей записи на будущий год. Гмар хатима това!

😏 Новый год располагает к разговорам о времени и памяти.

Поэтому сегодня предлагаем вам отправиться примерно на сто двадцать лет назад — в мир богатых еврейских семей Парижа Прекрасной эпохи.

Шарль Эфрусси коллекционирует импрессионистов, дружит с художниками и попадает в «Завтрак гребцов» Ренуара. Теодор Рейнак изучает историю евреев и античность и строит на Лазурном Берегу практически идеальную греческую виллу.
А дальше в эту историю войдут Пруст, дело Дрейфуса, нэцке, нацистская оккупация и судьбы следующих поколений двух семей.

Новый материал Наталии Семеновой: «Салоны „прямо-таки наводнены евреями и еврейками“».

И, конечно, шана това всем, кто встречает Рош ха-Шана. Пусть новый год будет мирнее, спокойнее и счастливее уходящего. 🍎🍯

📣 А что, если не листать весь архив «Да», а просто спросить?

Мы запустили собственного чат-бота. Он знает наши публикации и поможет найти нужный материал, разобраться в теме или вспомнить текст, название которого давно вылетело из головы.

Можно писать на русском, украинском, английском и иврите.

Самое удобное: бот живёт там, где вы и так проводите половину дня.

В Telegram: https://t.me/dadada_live_bot

В WhatsApp:
+972547300801

Каждое воскресенье его знания обновляются. Но предупреждаем честно: бот может ошибаться, додумывать и слишком уверенно отвечать на сложные вопросы. Поэтому воспринимайте его как начитанного помощника, а не как последнюю инстанцию.

Первое сентября — самое время открыть новый источник знаний. Или хотя бы проверить, сможет ли он вас удивить.

📚 Что происходит, когда очень богатый материал не складывается в одну общую модель — и обязательно ли вообще должен?

Александр Львов читает новую книгу Галины Зелениной о советском еврействе, отказниках, интеллигентности, идентичности и еврейском движении — внимательно, заинтересованно и местами довольно критически.

Получилась рецензия не только о сильных и слабых сторонах книги, но и о том, как вообще можно описывать советских евреев, если они так плохо умещаются в привычные категории.

Читайте на dadada.live.

🏛️ В рамках нового курса «Еврейские музеи» рассказываем о самых разных проектах, некоторые из которых и вовсе остались на бумаге или закрылись, не успев открыться. О неосуществлённых еврейских музеях — искусствовед Екатерина Вязова.

📺 Почему изображения способны переживать эпохи? Как одни и те же жесты, символы и сюжеты вновь появляются в культуре, меняя форму, но сохраняя память о своём происхождении?

На нашем YouTube-канале опубликована запись лекции Натали Нешер-Аман «Mundus — Annus — Homo: Аби Варбург и библиотека блуждающих образов».

Речь пойдёт об одном из самых необычных мыслителей XX века — историке культуры Аби Варбурге, его уникальной библиотеке, Атласе Мнемозины и поиске скрытых связей между изображениями разных эпох.
Сегодня идеи Варбурга кажутся особенно актуальными: задолго до появления интернета он пытался понять, как визуальные образы распространяются, трансформируются и продолжают жить в культурной памяти.

Присоединяйтесь к просмотру!

🇮🇱 В новом материале рассказываем о караимах как об особой этнорелигиозной группе: об их отличиях от раввинистического иудаизма, о караимском языке, о жизни в Крыму и Восточной Европе, об Аврааме Фирковиче и о том, почему вопрос о происхождении караимов до сих пор остаётся предметом споров.

📹 Как восстановить визуальный мир, от которого остались лишь фрагменты?

Опубликовали запись лекции и презентации книги Бориса Хаймовича и Григория (Гиллеля) Казовского «Еврейский народный орнамент Соломона Юдовина».

Спикеры рассказывают о художнике-графике Соломоне Юдовине, этнографических экспедициях Семёна Ан-ского и еврейском народном искусстве Восточной Европы — орнаментах, мотивах, архивах и попытке реконструировать незавершённый замысел Юдовина.

Это разговор о том, как архивные фрагменты, рисунки и орнаменты помогают восстановить образ исчезнувшего мира.

📺 Смотрите запись на YouTube-канале АНУ — Музея еврейского народа.

Что происходит с архивным документом, когда он оказывается на сцене?

14 июля в Хайфе Zeev Project, театр Fulcro и цифровой архив J-Doc представят театральную читку агентурного дела «КРУГ» — дела по «сионистской окраске», заведённого против еврейских писателей Киева: Давида Гофштейна, Ицика Кипниса, Абрама Кагана и Ривы Балясной.

«Окраска» — так в органах госбезопасности называли предварительную классификацию дела. В случае «КРУГА» этой классификацией стали «сионисты».

Но «КРУГ» не ограничился четырьмя первоначальными фигурантами. Со временем дело расширялось: в него попадали новые имена, связи, подозрения, письма, стихи, разговоры. Через агентурные донесения, перлюстрированную переписку, справки и анализ художественных текстов органы госбезопасности пытались взять под контроль целую среду — советскую еврейскую интеллигенцию, писателей, поэтов, критиков, переводчиков, людей, связанных с еврейской культурой и литературой на идише.

«КРУГ» — это не спектакль в привычном смысле. Это театральная читка и пространство разговора между актёрами и зрителями — о памяти, языке, свободе и страхе.

Почему государство присваивает себе право судить людей за стихи, пьесы и спектакли? Какова цена сохранения собственной идентичности — сто лет назад и сегодня? Кто и зачем пишет доносы?

Эти вопросы звучат из прошлого, но обращены к нам.

Для тех, кто будет 14 июля в Хайфе, это возможность увидеть, как материалы цифрового архива J-Doc становятся основой для театрального разговора — о репрессиях, еврейской культуре и выборе человека перед лицом государства.

📍 Бейт Агефен, Хайфа
🗓 14 июля
🕡 18:30–21:30
🎟 Билет: ₪30

🎟 Подробности и регистрация

📸 Еврейских музеев, мест памяти и монументов, так или иначе затрагивающих тему Катастрофы, в мире много, точного подсчета даже и нет — все считают по-разному. Мы решили не считать, а рассказать о некоторых наиболее важных и наиболее оригинальных проектах. Начинаем, понятное дело, с Берлина.

📺 Что значит «вернуться на Родину», если сама Родина за одно поколение несколько раз меняет границы, названия и политические режимы?

История семьи Гендлер — это история поисков, переездов, документов, прошений, надежд и разочарований. Березно, Дубно, Москва, Бельгия, Аргентина, Советский Союз — география одной семьи оказывается разбросана по архивам разных стран.

В этом видео мы разбираем реальную историю Давида Гендлера, который прибыл в Ригу в 1949 году. Его путь — это наглядный пример того, как возвращение на родину оборачивалось для многих эмигрантов в СССР тяжелыми испытаниями. Мы анализируем документы, которые проливают свет на последствия такого решения и причины, приведшие Гендлера к трагическому финалу в 1950 году.

Этот ролик — часть спецпроекта J-Doc «Возвращение на Родину», посвящённого еврейской реэмиграции в СССР.

Анимация и дизайн — Анна Кириллович
Сценарий — Виктор Хохлов

Мы сердечно благодарим Илью Гендлера и Ариэля Гендлера за помощь в поиске архивных материалов и предоставление документов из личной коллекции. Мы также благодарим Фреди Ротмана за помощь в работе над роликом.

Илья Гендлер заинтересован в поиске информации о семье Гендлер из Березно и их потомках. Если вы располагаете информацией и хотите поделиться ею, напишите Илье на почту: illya.gendler@yahoo.com

🖼 Искусство видеть новое искусство и искусство коллекционирования стало сюжетом нашего большого курса о еврейских маршанах и собирателях, которые открыли миру модернизм.

История коллекционирования в последнее время в тренде и у музеев: вдруг всем стало ясно, что без этих «безумцев» история искусства была бы иной. Вот и в Старой Национальной галерее в Берлине недавно открылась выставка «Кассирер и прорыв импрессионизма».

Эта выставка могла бы показаться отлично сделанным музейным блокбастером, представляющим главные имена французского и немецкого импрессионизма. Здесь все классики из учебников по истории искусства рубежа XIX–XX веков: французы Клод Моне и Эдуард Мане, Огюст Ренуар, Поль Сезанн, голландец Винсент ван Гог; немцы Макс Либерман, Макс Слефогт, Эрнст Барлах, Эрнст Людвиг Кирхнер; плюс скандинавский постимпрессионизм Эдварда Мунка и Аксели Галлена-Каллелы. Но особенность выставки в том, что она не просто показывает главных художников эпохи, а посвящена одному человеку, который и собрал их вместе: берлинскому арт-дилеру Паулю Кассиреру (1871–1926), одному из самых неистовых адептов нового искусства своего времени. Все картины на выставке, ныне хранящиеся в лучших музеях, прошли через его руки. Анна Матвеева отдаёт ему должное.

❓Кто такие кантонисты? Кто и зачем отнимал у евреев малолетних детей? Было ли крещение главной целью распространения на евреев рекрутской повинности? В каких войсках служили евреи и можно ли было им приобрести офицерский чин? Правда ли, что евреев в рекруты набирали вдвое больше, чем христиан? И, наконец, почему всё же тема кантонистов в современном Израиле неожиданно обрела актуальность?

В новом материале помогаем разобраться, что же в наших представлениях о кантонистах правда, а что — отражение сложившихся стереотипов.

🎓 Почему некоторые картины сначала не может продать никто, а потом за них платят миллионы? И кто те люди, без которых не было бы ни рыночной славы Модильяни, ни легенды Сутина, ни сегодняшних аукционных рекордов? В новом материале Наталии Семёновой — Леопольд Зборовский, Амедео Модильяни, Хаим Сутин, Ван Гог и Макс Мейровский: история искусства, рассказанная не через музеи, а через деньги, риск, интуицию и утраты.

👀 Страсти, которые только что отбушевали по поводу открытия в Венеции 61-й Биеннале современного искусства, в основном касались национального павильона Израиля — в дни превью его осаждали толпы хорошо организованных протестующих. Между тем, в те же дни открылась ещё одна еврейская резиденция в Венеции — павильон Идишланда. Не вписанный в официальную программу биеннале и отчасти находящийся к ней в оппозиции, он представляет страну, не существующую более в материальном мире. Ту страну, которая никогда не была государством, не имела границ и территории, но жива была людьми, объединёнными языком и культурой. И теперь жива их потомками, не готовыми о ней забыть.

🎨 Кампания против «дегенеративного» искусства, стартовавшая в нацистской Германии в 1930-х и направленная на тотальное уничтожение современного немецкого искусства, касалась, разумеется, не только евреев. Как раз среди художников, ставших её жертвами, евреев были единицы, — в отличие от коллекционеров, галеристов, арт-дилеров, искусствоведов. Но обвинения против немцев тоже имели еврейский акцент — антисемитские лозунги как оружие массовой пропаганды били по всем инакомыслящим и инакоживущим. И как не вспомнить об этом сегодня, когда антисемитская риторика, утратив маргинальный статус, снова звучит с высоких трибун.

✨ Выставка «Year Zero» («Год Ноль», или «Нулевой год»), работающая в Тель-Авивском художественном музее до 30 мая 2026 года, незаслуженно оказалась в тени успеха блестящей и остроумно устроенной экспозиции «На исходе дня». Между тем, «Нулевой год» можно считать своего рода сиквелом истории про «Новую вещественность» — она рассказывает о том, каким, собственно, был следующий день после заката Веймарской республики. Куратор Ноа Розенберг придумала один из лучших музейных выставочных проектов, превратив его в запоздалый оммаж человеку, которому тель-авивское собрание обязано своим появлением — первому директору музея Карлу Шварцу. Перерыв «на войну» позволил искусствоведу Екатерине Вязовой увидеть острую актуальность этой вроде далекой истории.

🗺 В начале года в Музее Израиля открылась выставка «Между знанием, верой и картиной мира. Карты Святой Земли из коллекции Чинн», где представлен дар известных британских филантропов, сэра Тревора и леди Сьюзан Чинн. Коллекция охватывает четыре столетия в истории карт Святой Земли, от появления книгопечатания в Европе в XV веке до конца XIX века, и включает ряд уникальных экспонатов, представленных широкой публике впервые. Подробности — в нашем новом материале.