Представление о том, что истина рождается в споре - коварное заблуждение. Оно вновь и вновь ввергает людей, верящих в возможность рациональной дискуссии на любую тему, в круговорот изначально обречённых на провал попыток достучаться до оппонентов. Но вас не услышат.

Сколько копий сломано, например, вокруг споров верующих и атеистов? Но истина проста: есть темы, относительно которых спорить бессмысленно - не всё пригодно для рационального диалога. Это темы, касающиеся экзистенциальных выборов, которые совершил человек. Верить или не верить в Бога - яркий пример экзистенциального выбора, то есть выбора предельного, связанного с идентичностью человека, с его самоощущением и глубинной ориентацией в мире. Здесь доказательства отходят на второй план. С точки зрения современной науки Бога нет, а с точки зрения многовековой теологической традиции - есть. Проблемы начинаются тогда, когда одна сфера вторгается в другую и пытается её себе подчинить. Так происходит, когда наука желает опровергнуть Бога. Но это не её прерогатива.

Вернёмся же к нашей мысли: спор предполагает аргументацию, аргументация предполагает рациональность, а рациональность - потенциальную возможность переубеждения. Но на предмет экзистенциальных выборов переубедить невозможно.

Поддерживать или не поддерживать СВО - это тоже такой тип выбора. Он фундаментален в том смысле, что влечёт за собой целый арсенал, как модно выражаться, нарративов - способов интерпретации явлений. Для сторонника СВО этот процесс - Русская весна, освобождение исторических территорий, война против однополярной гегемонии и украинского ультранационализма, а для противника - имперский экспансионизм, русский фашизм, аннексирование чужой земли и попрание международного права. Внутри экзистенциального выбора, что называется, у каждого своя правда. Между сторонником и противником СВО невозможен спор, потому что каждый будет исходить из своего способа описаний, который не пересекается со способом оппонента.

Экзистенциальный выбор - это главный метанарратив, смысловой инвариант, который обуславливает нашу картину мира. Но есть, конечно, множество выборов, относительно которых спор возможен. Они называются интеллектуальными, поскольку подчинены разуму и не зависят от ценностной самоидентификации целовека. Это те выборы, от которых можно отказаться, и при этом остаться самим собой.

В споре же в основном рождается никакая не истина, а вражда, гордыня и ещё большее укоренение в собственных позициях.