Вот как Блаженный Августин согласует свободу воли и божественное предопределение:

В главе IX книги 5 "О граде Божием" он спорит с Цицероном. Тот заявляет, что если признать за человеком свободную волю, то неизбежно отвергается предвидение Богом будущего. И наоборот.

Августин реконструирует аргументацию оппонента: "если существует свобода воли, то не все совершается
по определению судьбы; если не все бывает по определению
судьбы, то не существует определенного порядка причин;
если же нет определенного порядка причин, то для предведения Божия не существует определенного порядка вещей, в котором они могут существовать только при условии наличия причин, предшествующих им и вызывающих их; а если для предведения Божия не существует определенного
порядка вещей, то не всё происходит так, чтобы Он знал
наперед, как оно произойдет; затем, если не все происходит
так, чтобы Он знал, как оно произойдет, то, говорит он [Цицерон],
предведения всего будущего в Боге не существует".

На первый взгляд всё звучит логично и стройно. Но Цицерон, говоря о жёстком противопоставлении свободной воли и божественного предопределения, будто бы не учитывает, что для христиан человек - творение Божие. А потому его природа в определённом смысле сообразна природе Бога. А потому его воля не выброшена за пределы божественного порядка причин, образуя некую независимую субстанцию, а находится внутри него - она ему когерентна. Наша воля является причиной действий, а раз Бог ведает порядком причин, то он не может не знать нашей воли. Иными словами - свобода человека находится в согласии со свободой Бога. Таким образом, аргументация Цицерона рушится уже на втором шаге.