Вообще, что у Тургенева любопытно: в романе "Отцы и дети", чьё название заставляет предвидеть центральный идейный конфликт именно между родителем и ребёнком, его то и не происходит. Разногласия возникают между Павлом Кирсановым - братом отца юноши Аркадия, и Евгением Базаровым - его другом. Хотя дружбы между ними на самом деле, конечно, нет. Таким образом, отцовство и детство понимаются именно в духовном смысле. Кирсанов и Базаров демонстрируют отнюдь не просто поколенческий разрыв - это разрыв мировоззренческий, который первым вовсе не обусловлен.
Кирсанов против Базарова - это идеализм против материализма. Это романтизм против сенсуализма. Это вера против неверия. Это традиция против сциентизма. Это уважение к предкам против плевка в их сторону. Это искусство против декаданса.
Вот очень показательные строки:
"...прежде молодым людям приходилось учиться; не хотелось им прослыть за невежд, так они поневоле трудились. А теперь им стоит сказать: всё на свете вздор! - и дело в шляпе. Молодые люди обрадовались. И в самом деле, прежде они просто были болваны, а теперь они вдруг стали нигилисты"
Для меня в этих словах содержится главный ключ к пониманию всего романа и самого архетипа Базарова.
Да, Базаров - это именно архетип. В литературоведческом смысле. Как и Печорин. Вот только во втором есть что-то от Фауста и Дон Жуана. В первом же - ни от них, ни от Дон Кихота, ни от Гамлета. Базаров лишён внутреннего мира. Для него не существует экзистенциальных вопросов. Для него каждый человек неотличим друг от друга, ведь у всех один и тот же скелет, один и тот же желудок. Тургенев довёл материалистический ход мысли до абсурда.
И всё же Печорин - не нигилист. Ничуть. Авантюрист - да. Игрок - да. Но у него есть своя этика, которая яснее всего проявляется в противостоянии Грушницкому. Базаров же знает этикет, но не знает этики. Для него она - бесполезная чушь, которую ничем не измеришь. Базаров в конечном итоге лицемерен, ведь для него существенны лишь одобренные им же самим авторитеты - физики, химики и естествоиспытатели, тогда как все другие самовольно отметаются. И он полон предрассудков. В том смысле, что имеет негативное мнение о некоторых феноменах ещё даже до знакомства с ними. Ничего не напоминает? Когда, например, студент философского клеймит какого-нибудь Гегеля как чепуху, совершенно его не понимая и не прочитав из него ни страницы? И одно дело, когда Гегеля называет идиотом Шопенгауэр, а совершенно другое - какой-то ванька-встанька.
Мы критикуем зачастую просто потому, что не хотим понять. А когда поймём, то уже не захотим критиковать.