Н. Я. Данилевский в знаменитой работе "Россия и Европа" фактически говорит о незавоевательной экспансии.

Поймём филигранность этого понятия. Для начала Н. Я. вводит определение через метафору: завоевание есть политическое убийство. Но убить можно только то, что живо. А живо то, что обладает историческим существованием. Вот здесь и без того "тонкий лёд" аподиктичности даёт трещину. Данилевский не вполне однозначно говорит, на основании каких критериев определяется то, в какой момент народ утверждает своё бытие в истории, то есть в какой момент его поглощение и включение в иное политическое целое считается завоеванием.

Итак, завоевать, значит лишить государственности - политически подчинить. Значит прежде должна существовать государственность - пожалуй, это единственный чёткий критерий. А вот теперь самое интересное: Россия, продвигаясь на Восток, не совершала политических убийств в вышеизложенном смысле, но лишь перерабатывала и включала в себя этнографический материал - некий культурно-племенной субстрат, который не утвердил своё бытие в истории. Таким образом, по мысли Н. Я., экспансия России на континенте не имела завоевательный характер.

И последний важный штрих. Этот вывод не означает, что экспансия не предполагает использования военных средств и инструментов подавления. Иначе говоря, экспансия, конечно, ведёт к издержкам в виде военных столкновений, но, по определению, завоеванием являться всё-же не будет. То есть "экспансия" не равно "ненасильственность" - это понятно. Но и насилие, в свою очередь, способно не иметь завоевательный характер.