Герман Гессе в его magnum opus'е "Игра в бисер" намеренно эзотеричен. Он специально недосказывается о том, что, собственно, такое Игра. Он пользуется сравнениями, приводит примеры из прошлого, цитирует великих, но уклоняется от прямолинейной характеристики. И это, на мой взгляд, не позволяет отождествить Игру с ситуацией постмодерна. А явный намёк на такой ход есть буквально в описании от издательства АСТ на форзаце книги. Но тут всё интереснее.

Укажу на два аспекта, один из которых сближает Игру с постмодерном, а другой - отдаляет её от него. Первый подчёркивает сам Гессе, говоря, что "Игра в бисер - это игра со всем содержанием и всеми ценностями нашей культуры, она играет ими примерно так, как во времена расцвета искусств живописец играл красками своей палитры". И сравнение с живописью тут, конечно, неслучайное. В ситуации постмодерна размыты рамки тотальности и однозначности. Универсализм пал - да здравствует конструктивизм! Постмодернист и играет с культурным формами. Однако, как я говорил, есть и второй аспект, порывающий с такой однонаправленной связью. Его даёт нам в руки опять же сам Гессе. В игре в бисер, говорит он, волплотилась идея движения духа к совокупности наук, к сближению полюсов религии и искусства, гуманитарного и естественного, музыки и математики. Постмодерн же подчёркнуто фрагментарен, ему совсем не свойственны такие а-ля гегелевские интенции шествия мирового духа по истории и нахождения своей завершённости в объединении наук.