От суверенных государств к суверенным пользователям
#криптоэкон часть 9

Интернет зарождался как инструмент радикального самовыражения. Основной причиной его успеха и гениальностью Тима Бернса-Ли, продуктов вроде Mozaic и Netscape была открытость и простота. HTML никак нельзя назвать функциональным языком, но он позволил каждому желающему проявить себя в Сети. Любой мог создать свой собственный сайт и публиковать там что угодно, при этом быть доступным из любой точки планеты.

Хоть и технически за эти 25 лет мы продвинулись вперёд, но в качественном плане Web уже потерял ту свободу и инстинную децентрализацию, на которой был построен. Сноуден показал нам, что почти не существует способа передавать информацию по сети, минуя всеслышащие уши NSA. Китай, Россия, Иран, Турция и со временем все больше стран пытаются (пусть и почти безуспешно, но крайне активно) каким-то образом ограничить, запретить, заблокировать и контролировать свободу слова в интернете. Но главное поражение децентрализация потерпела не от государств, а от корпораций. Три миллиарда человек используют интернет каждый месяц, но при этом большая часть этого использования ограничивается парой десятков провайдеров и сервисами Google, Amazon, Facebook, Netflix, Apple, Alibaba, Baidu, Twitter и так далее.

Проблема не в том, что эти сервисы какие-то внутренне плохие или хотят зла своим пользователям, но проблема именно в их централизации. Они зарабатывают на данных, которые принадлежат не им, а пользователям. Они принимают решения о том, что можно публиковать, а что нельзя. Они выбирают судебные требования какой страны исполнять, а какой игнорировать. Они предоставляют нам доступ к базовой инфраструктуре и информации, тогда как сама эта информация по своей природе является свободной.

Недавнее довольно громкое событие — GDPR, который по идее должен был вернуть контроль над данными обратно людям, их владельцам — это временный костыль. Законы это не плохо, но математическая доказуемость всегда лучше. zk-криптография позволяет формально доказуемо владеть своими данными и выдавать, в том числе revokable, ключи на доступ к ним сторонним сервисам, контрагентам, государству. Если Google и Facebook хотят зарабатывать на моих данных, то я могу дать доступ на это за 0,0000001 BTC за каждый визит. Это прозрачно, справедливо, доказуемо и в отличии от закона гарантированно enforceable — я не могу «нарушить» математику или нелегально решить дискретное логарифмирование.

А поскольку это выгодно не единицам, а миллиардам, то и усвоение такой практики должно быть неизбежно. Завязанные на данные сервисы неизбежно со временем превратятся в открытые протоколы, потому что это выгоднее всем (генерирует больше добавленной ценности). А открытые протоколы регулируются криптографией и экономическими стимулами внутри, а не внешними локальными законами. Разработчики подключаются к этим протоколам, подобно тому как Google или Facebook строят бизнес поверх Ethernet/TCP/HTTP.