«Крипто-сектор США обеспечивает 34 000 рабочих мест и приносит США $55 млрд в год. Российский крипто-сектор обеспечит заполняемость СИЗО и миллиарды рублей теневого оборота»

Этот мем сейчас летает по всем телеграм-каналам. И знаете, что самое страшное? Он ведь не шуточный. Он абсолютно точно отражает то, что с нами будет. Пока американцы считают прибыль и рабочие места, мы будем считать, сколько новых статей УК написать и кому срок накинуть.


Автор: Ян Кривоносов

Я вообще не понимаю, что происходит. Мы регулируем чужие инструменты своими законами. Стейблкоины, протоколы, биржи — всё это выпущено западными компаниями и подвластно США и Евросоюзу. Это примерно как регулировать американский банк нашими законами и требовать, чтобы он работал по нашим правилам. Так не будет. Они просто щелкнут пальцами — и всё заблокируют.

И вот, пока мы пишем эти законы, Европа принимает 21-й пакет санкций. Самый крупный за четыре года. Под ударом Мосбиржа, 94 банка, операторы криптобирж, НПЗ, алмазы, металлургия, 50 оборонных предприятий, 40 судов. Они не собираются останавливаться. Кая Каллас уже сказала: «Санкции не заканчиваются».

А мы в ответ закручиваем гайки внутри страны. Сами. Будто нам мало того, что снаружи давят.

Теперь про нашу «легализацию». Нам сказали: «Ура, теперь всё законно!» А вы загляните в текст. С 1 сентября 2026 года все сделки только через лицензированных посредников. С июля 2027 — только через «белых». Неквалифицированным инвесторам — не больше 300 тысяч рублей в год. Все операции — под колпаком ФНС. P2P и некастодиальные кошельки — вне закона.

И кто, скажите мне, получит эту лицензию? Крупные международные биржи? Нет. Им есть что терять. Они не пойдут под санкции ради России. Останутся только мелкие обменники и российский контур, где курс будет конским, а ликвидность — никакая. Никаких стабильных цен, никакого нормального рынка. Всё, что мы получим, — это замкнутый пузырь с дикими спредами и теневыми схемами.

А теперь самое смешное — внешнеэкономическая деятельность. Нам сказали: «Теперь можно покупать стейблкоины и рассчитываться по контрактам». Звучит красиво. Но где их покупать?

На Мосбирже? Она уже под санкциями. На какой-то другой российской бирже? Чтобы купить стейблкоин, нужна криптобиржа. А любая криптобиржа, которая работает с Россией, моментально окрашивается. Любой кошелек отслеживается. Chainalysis и другие системы видят всё. Как только ты переводишь стейблкоин контрагенту за границу — этот кошелек блокируют. Компания, контракт, сделка — всё летит в пропасть.

Как это должно работать? Компания открывает кошелек, покупает USDT, переводит поставщику. И в этот момент все цепочки видны. Американцы, европейцы — все знают, куда пошли деньги. И блокируют. Зачем нам механизм, который убивает бизнес на первом же шаге? Абсурд. Как будто люди, писавшие закон, не понимают, как работает блокчейн.

Но знаете что? Предприниматели уже всё нашли. Они уже платят. Схемы работают, обменники работают, кошельки работают. Люди сами решают свои проблемы. Не нужно им ничего разрешать — они уже всё разрешили себе сами. И платят налоги, и товары привозят, и бизнес ведут. Не надо лезть в этот процесс. Не надо светить инструменты, обменники, кошельки, которыми люди сейчас пользуются. Просто примите, что люди работают.

Хотя, может быть, обменникам стоило бы дать мягкую лицензию. Как в других странах. Чтобы они работали легально, отчитывались, платили налоги. И сами бы решали, где покупать USDT, как конвертировать, как проводить платежи. Они же профессионалы. Они знают, как обходить санкции. И это знание — на самом деле наше преимущество.

Посмотрите, какая параллельная финансовая система выросла с 2014 года. Мы научились выживать. Мы научились работать в изоляции. И криптотехнологии нам в этом очень помогли. Это не слабость — это сила. Это опыт, которого нет ни у кого в мире. И этот опыт нужно использовать, а не закапывать.

Я считаю, что у нас ещё есть время. Закон вступает в силу с сентября 2026 года. Можно внести правки. Пересмотреть моменты. Сделать регулирование мягче. Дать бизнесу дышать.