Конечно, смысл долгой дисциплины по Платону состоит в том, чтобы в конце обнаружить, что никакой дисциплины не было нужно :) Но это не отменяет её необходимости. Да и у самого Платона можно найти противоречащие друг другу места. Например, мы знаем, что душа никак не аффектируется телом — и вместе с тем в "Тимее", как я уже говорил, находим пассажи про калокагатию. Там прямо сказано: для нормального функционирования ума необходимо, чтобы он не был гипертрофирован по сравнению с остальными частями души. Возможно, гениальный ботаник — тут уж кому как — будет получше туповатого качка, но и то и то по Платону форма уродства.

Поэтому трудящиеся монахи и аскеты занимаются не "рабской деятельностью", а дисциплинируют тело. Заметим, что этот труд, т.е., скажем, выращивание винограда, создание разной монастырской утвари, возделывание земли, является одновременно и целью и средством. В первом случае (труд как цель) мы можем говорить о "рабской деятельности", во втором (как средство дисциплины) — навряд ли. Важно то, что оба этих смысла прекрасно уживаются вместе.

Нет ничего лучше ситуации, когда физическая деятельность оказывается производительным трудом. Но даже если это не так, и ваше тело никому не нужно (в эпоху автоматизации-то), эта деятельность по-прежнему выполняет роль телесной дисциплины: навыка, в дальнейшем легко приложимого к дисциплине ума. А это куда важней.