Год «Оскара» — «Артист» (2012)

Голливуд, вторая половина 1920-х, самый расцвет немого кино. Суперзвезда американского кино Джордж Валентайн получает лавины оваций на премьере своего нового шпионского фильма «Русское дело». За пределами профессии у него все хорошо: Валентайн живет в огромном особняке с хмурной женой, преданным водителем и милым джек-рассел-терьером по кличке Угги. На той же премьере артист случайно знакомится с молодой девушкой по имени Пеппи Миллер, очевидно — фанаткой актера. Следующая их встреча происходит на съемочной площадке нового фильма Валентайна, куда Миллер устраивается статисткой. Актер дает новой знакомой роль, и с этого момента ее карьера начинает двигаться вверх, а его — вниз, ведь на Голливуд наступает эра звукового кино, которую Валентайн горделиво не воспринимает всерьез.

«Артист» Мишеля Хазанавичуса — редкое чудо в современной оскаровской истории. Кино, возможно, не самых великих художественных достоинств, но абсолютно безграничного обаяния. И это тот редкий фильм, рассуждая о котором можно без всяких сносок рассуждать о пресловутой «магии кино», ставшей штампом много десятилетий назад.

Формально «Артист» — это немое кино. Впрочем, если судить по правилам эпохи, это с технической точки зрения не совсем так. Ну и пусть: Хазанавичус не столько пытается воссоздать немое кино (хотя и это ему удается круто), сколько в него играет. «Артист» — это такая валентинка из современной киноиндустрии бородатым временам. Убаюкивающе наивная, проникновенная и даже страстная. И при этом — довольно нетривиальная. Думаю, что 9 из 10 неглупых режиссеров современности превратили бы своего «Артиста» в какое-то высказывание или, к примеру, многоэтажный оммаж, или построили бы на костях давно умершей эпохи какой-то новый кинопамятник, но Хазанавичусу это не совсем интересно, а точнее — интересно, но не в первую очередь. Его фильм — это поцелуй сквозь десятилетия, признание в любви набирающему силу и мощь искусству, которое даже не приняло еще в 1920-х на свой борт звук.

Но, конечно, за пределами основного порыва Хазанавичус позволяет себе и некоторые предсказуемые высказывания. Например, «Артист» хоть и предельно прост сюжетно и даже, повторюсь, наивен, но он все-таки использует один из самых популярных сюжетов эпохи. В его персонажах также угадываются герои эпохи. И если о Миллер, продюсерах и других героях можно спорить, то Валентайн — это, конечно, местная версия Дугласа Фэрбенкса.

Хазанавичус, конечно, не ставит приговор никакой эпохе, но тактично замечает несколько вещей. Во-первых, киноиндустрия — это непрерывная гонка вооружений за внимание зрителя, где смекалка и чуйка чаще всего бьют талант и даже популярность. Во-вторых, он как будто в очередной раз подчеркивает, что даже смежные поколения (в любом деле, жизни, профессии) могут не понимать друг друга. В-третьих, он как будто сам чуть-чуть жалуется на время: в эпоху лязгающих и кричащих блокбастеров, становится все труднее снимать тихое кино. Но он не сдается и идет дальше — снимает кино только с музыкой почти без звуков, как бы доказывая, что искусству не нужна дополнительная шелуха даже в эпоху соцсетей и супергероев.

Но это все равно лишь размышления на полях, к которым «Артист» неумолимо подталкивает во время просмотра. И они, безусловно, важны и уместны, но все равно не способны заслонить собой главное. «Артист» — это чистейший зрительский кайф, изумительное кино, которое, простите, стоило придумать, если его бы не существовало.

https://youtu.be/YB9Oq0hn5KY

#Оскар1664