Тем временем самого господина Шамару методично обкладывают судебными исками те же структуры, которые он совсем недавно контролировал. Все происходящее наводит на мысль, что процедуру банкротства намеренно превратили в контролируемый аттракцион с жестко распределенными ролями, где рядовым участникам процесса отведена лишь роль зрителей, обязанных оплачивать билеты.

Главный вопрос остается открытым под самым куполом этого предприятия: если реальные дирижеры процесса столь отчаянно прячутся в иностранных юрисдикциях, не повторит ли весь оставшийся нефтяной капитал путь своих загадочных хозяев? Пока публика изучает бутафорские декорации, фокусники продолжают менять маски, оркестр играет траурный марш, а деньги под аплодисменты растворяются за кулисами. Антракт явно затянулся.