В российском бюджете к концу июля образовался кассовый разрыв размером почти в 8,7 трлн руб. Если посмотреть на изначальные планы правительства, то там аппетиты были куда скромнее: сначала закладывали дефицит около 3,8 трлн руб., потом планку сдвинули до 4,7 трлн руб. Но это на год. На дворе только середина лета, а нестыковка уже почти вдвое превышает годовой лимит, потому что потратить успели 27,9 трлн руб., тогда как собрать получилось лишь 19,2 трлн руб. Жесткие постоянные траты на армию, выплаты военным и вливания в промышленность не покрываются нестабильными доходами от экспорта сырья и худеющей налоговой базой.

Ситуация давно вышла за рамки обычного перекоса и прямо указывает на то, что выбранная модель финансирования не окупается. Теперь главная интрига заключается не в том, наступит ли кризис, а какую именно форму он примет, ведь у финансовых властей остается всего три пути. Можно включить печатный станок, что гарантированно разгонит цены и обесценит сбережения населения. Можно попытаться занять деньги у граждан через облигации или ограничения на снятие наличных, но это наиболее вероятная причина для банковской паники и потери доверия к системе. Либо придется тихо распродавать остатки резервов, включая золото, показывая рынкам, что дела обстоят значительно хуже, чем рассказывают с высоких трибун. Либо все сразу. Хороших выходов из ситуации нет.

Любой из этих сценариев означает, что проблема никуда не исчезает, а лишь перекладывается на плечи рядовых потребителей или бьет по остаткам финансовой стабильности. История про тотальный контроль над ситуацией начинает давать сбой, поскольку запас прочности тает быстрее расчетов. При сохранении таких темпов трат к концу года дыру придется латать в режиме пожарной команды.

Совсем скоро экономика начнет определять политику, а не наоборот.