Минпромторг принял очередное неоднозначное решение, утвердив методику оценки эффективности обратного акциза для производителей аммиака на основе данных британского агентства Argus. Эта структура давно работает с российскими ведомствами: на основе ее ценовых котировок Минфин рассчитывает налоговые обязательства в нефтяной отрасли.

Сотрудничество Минфина с Argus уже длительное время подвергается критике. Агентство придерживается санкционных ограничений в отношении России и не предоставляет свои данные российским подписчикам, за исключением Минфина. Методология Argus основана на анализе спотового рынка и подходах, сложившихся в международной торговле нефтью. Однако она не в полной мере учитывает специфику российского рынка, включая изменение географии экспорта (переориентацию поставок с Европы на Азию) и особенности внутренних логистических цепочек. В результате котировки российских нефтяных марок оказываются заниженными, а данные агентства используются странами G7 при определении потолка цен на российскую нефть и дальнейшем ужесточении санкционного режима.

Именно по этим причинам был принят Федеральный закон № 351-ФЗ, согласно которому с 1 марта 2026 года иностранным компаниям, в том числе Argus, запрещено осуществлять деятельность по сбору и анализу данных, включая формирование ценовых индикаторов и котировок, на территории России. Вместе с тем Минфин добился для британского агентства исключения: Argus разрешено в монопольном порядке предоставлять соответствующую информацию Минфину до 1 сентября 2028 года, продолжая собирать и анализировать данные на различных рынках.

В случае с Минпромторгом ситуация выглядит еще более противоречивой. По сути, британское агентство поставляет министерству информацию, первичным владельцем которой является само ведомство. Причем делает это не бесплатно, а за значительные бюджетные средства. Речь идет не о зарубежных исследованиях или расчетах, а о сведениях, касающихся российских производителей аммиака, среди которых имеются предприятия с производственными линиями двойного назначения.

Логику, которой руководствовалось ведомство Антона Алиханова при принятии такого решения, объяснить крайне сложно. Если не учитывать возможную коррупционную составляющую контракта с британским агентством, рациональные основания подобного выбора выглядят неочевидными.