Третью неделю подряд солнце будто и не садится совсем, а где-то бродит у горизонта. Висит за Лахтой на одной высоте, как будто кто-то поставил игру на паузу и ушел курить. Я плохо сплю вторую неделю и, кажется, начал слышать, как летит тополиный пух — тихий такой шорох, будто город линяет.

На Большой Пушкарской мужик в трусах поливает из шланга асфальт и кричит, что смывает лишнее время. Вот нахуй ты это делаешь? Времени и так совсем нет. Вчера я только ждал выходные, а сегодня уже почти среда. В воде отражается сирень и ботинки прохожих.

Дошёл до Невы. Стою у Петропавловки и смотрю на тёмную воду. На обеденном небе висит бледная луна.

Там откуда я родом так не бывает.