Приехал в Рид ближе к полудню. Хотел быть здесь к девяти, ну хотя бы к десяти, но проспал. С трудом отлепился от кровати — снились какие-то холодные, тягучие сны, из тех, что запоминаются фрагментами и оставляют ощущение, будто видел не забытую бывшую с её нынешним.

Небо висит низкое, мутное, серое, как нестиранное одеяло. Я доехал на тройке до Театральной и пошёл пешком по Декабристов в сторону верфей.

В кафе тихо. Четыре посетителя. Девушка в розовой куртке что-то оживлённо объясняет бариста, другая — в чёрной обрезанной джинсовке и худи — говорит с другим про квартиры. Все обсуждают жилищный вопрос. Я взял фильтр «Секрет» и сел в центре зала напротив окна.

Напротив — пара. Сидят за высоким столом у окна. Девушка лет двадцати пяти и мужчина лет под шестьдесят. Они сидят слишком близко для родственников. Он то наклонялся к ней, то откидывался назад, словно проверяя дистанцию. Им будто бы обоим неловко. Она то улыбалась, то отводила взгляд, играя пальцами по краю чашки. Смотрят что-то в телефоне.

Я никак не могу понять: это отец и дочь, или папик привел свою молодую пассию выпить кофе. В их жестах есть что-то слишком интимное для привычного общения отца с дочерью.

От этого мне даже стало как-то не по себе. Как будто узнал чужой секрет.

Когда они уходили, мужик подал девушке пальто и помог его надеть. Видимо все же не её отец.