СЦЕНА 2

– Слушай, помнишь, ты говорил, что на собеседование записывался? На вторник, по-моему. Как сходил-то в итоге? Удачно?

– Собеседование? Во вторник? Емае…

– Че такое?

– Да я забыл, кажись… Черт, ждали же меня небось. Стыдно-то как.

– Да уж. Ну все равно больше не увидитесь.

– Ну да. Но все равно стыдно. Нехорошо вышло. Договорился же. Пообещал. Блин. Вообще с памятью туго как-то. В последнее время. Да хотя какое последнее время, кого я обманываю? Вот еще со школы так, наверное. Ну вот важное дело – сколько угодно, забуду – и все тут. Ругай, не ругай.

– Да ладно тебе, ну не конец света. Бывает. Увлекся.

– Увлекся, точно. Если уж чем увлекусь, так это серьезно. Я тогда все мимо ушей пропускаю. Даже если повторяют. Все равно. Зато чем увлекусь, запомню влет – и надолго. Тебя, надеюсь, не утомили еще мои разглагольствования?

– Да все равно без дела сидим, хехе. Скука. Так хоть послушать чего, да иногда, может, мозгами пораскинуть.

– Извини, если утомил. Но скучать нам еще долго – так что терпи.

– Потерпим.

– Так вот, о чем это я, выходит, начал? Я, представь себе, школу совсем не помню. Ну, класса до девятого – все мыльное, как в тумане. Огни горят, бывает, размытые такие, разноцветные. Порой разгляжу чего – да так оно пролетит мимо и забудется сразу. И думаю еще, а стоит ли вспоминать? Не все так гладко было да хорошо. И все ж таки чувствую – надо. Ну надо хоть что-то иметь в памяти. Опыт-то был – и его я даже ощущаю. Чем-то подкожным. Как делать можно, как не стоит. Я многому научился – это уж со мной останется. Но хочется воспоминание – хоть одно стоящее – увидеть да запечатлеть. Хорошенько.

– Действительно, стоит ли? Вспомнишь – так еще разочаруешься. Что ты думаешь? Легко. Неприятности свои вспоминать – кому оно надо? Кому ж лучше от этого станет?

– Да и не станет. Но будто жил-то и не я вовсе. Опыт мне достался – но разве он мой? Вот я сомневаюсь – слишком там все чужое. Словно кто-то там был, переживал, чувствовал – ну жил, в общем. А теперь его нет. Ушел. Все свое барахло оставил под моей дверью и ушел. Пользуйся, говорит. Да чем уж тут пользоваться? Разве оно хорошее? Правильное? Кто его знает, чем он там занимался, что полезного делал – а чего дурного? Как уж тут успокоиться… Вот если б вспомнил я что-то – что-то существенное, реальное, что точно было со мной – а не с кем-то там. Другим, в общем. Вспомнил бы я себя – и, может, понял бы что-то важное. Не. Ни черта, пусто в голове. Как будто какая-то сволочь что-то очень ценное из меня вырезала. И как бы это не был я сам…