Для понимания, как смехотворны угрозы расправой в мой адрес от клоунов, показываю, что я недавно написал одному товарищу...

Я вынужден скрывать реальную картину вокруг детей, из-за этого, многие воспринимают эту войну как обычную семейную склоку. Я понимаю, так проще, а реальность такая...
Почти 10 лет назад я создал первый в Пермском крае политический тг-канал и самый независимый. Я быстро стал заметным игроком в больших играх, и моя самостоятельность сильно раздражала недовольных. Уже через четыре месяца после старта меня мониторили в администрации президента, и это раздражало ещё больше. От меня доставалось многим, и за моей спиной собралась группа почти всех основных игроков пермской политики. Допустим я регулярно бывал в ПФПГ. Помимо главного пермского нефтяного олигарха, был крупнейший газовик, околотрутневские и так далее. Вскоре добавились и сотрудники главной спецслужбы. В большинстве случаев надо было, чтобы я мочил губернатора Решетникова. А он в тот период очень хотел вернуться в Москву, и получалось, что я вредил ему в стремлении попасть в правительство России. То есть я оказался на острие в очень большой игре.
Потом, как мне рассказали, сотрудникам той самой спецслужбы поступил заказ от людей Решетникова о моей нейтрализации. Вокруг меня начали зачищать источники финансирования, а у меня четверо детей и больная, истеричная жена. Я, не зная о заказе на меня, вместо того, чтобы распластаться перед сотрудниками спецслужбы и предать своего человека, пошел на переговоры о мире с Решетниковым. Первым сам вызвался помочь мне начальник ЦПЭ ГУ МВД по Пермскому краю. А я параллельно попросил Маховикова, ещё не зная, что он трахает мою жену. О моем намерении договориться с Решетниковым знали сотрудники спецслужбы. Видимо им не понравился мой план облегчения жизни губернатору и себе, потому что они взяли меня прямо на, встрече с представителем администрации губернатора.
Уголовное дело по этому поводу, которому радовалась супержена в общении с Маховиковым, Шулькиныи и Духониным, быстро похоронили. Может потому, что на записи наших переговоров я не сказал ничего криминального, может потому, что им достаточно было не дать мне договориться с Решетниковым, а может потому что им достаточно было того, что их контактёры (Маховиков, Шулькин, Духонин) уже взяли в оборот мою жену, готовую меня предавать и продавать. Она провоцировала меня на скандалы, драки, копалась моих компе и телефоне. Мне уже было очевидно, что она действует не одна, а по согласованному с кем-то плану. Я понял, что есть задача - разрушить семью, лишить меня детей, очернить, что я придурок, от которого бежит жена с детьми. И я понял, что этот план выбран потому, что со мной ничего не могут сделать официально. Но и эта операция провалилась, потому что у меня была куча записей о прекрасном отношении ко мне детей и о её безобразном поведении. Она обманула заговорщиков, они поверили в её ложь о том, что я придурок, на которой они построили свою операцию. То есть придурками оказались поверившие больной бабе сообщники.
Дальше им ничего не оставалось, кроме как помогать ей воевать со мной за детей. Потому что и она может шантажировать их, что все расскажет, и им выгодно оставлять меня в подвешенном состоянии за счет того, что недомать легально удерживает моих детей в заложниках в интересах сообщников.
Пару лет назад этих сотрудников спецслужбы, как мне сказали, разогнали. Видимо к ним было много претензий у начальства. Я тоже открыто не скрывал от них свои сомнения, работают ли они по мне на государство, а не по заказу. И такая моя наглость тоже не могла не раздражать их. Не знали допустим, что о некоторых публикациях меня просила Москва, причем аргументируя тем, что им важно из-за моего авторитета, чтобы это опубликовал именно я.
В свою очередь, Маховиков утратил свои связи в прокуратуре (Назарова уволили), в полиции (Еговцева отправили в Забайкалье), и в СК (Сарапульцев застрелился). Осталась недееспособная правоохранительная система, которая очень неповоротлива и которой удобно ничего не делать для исправления своих ошибок.
Может ещё про 90-е рассказать?