Не совсем понятен смысл внесенного в Госдуму законопроекта № 1058572-7 о запрете цензуры в интернете, подготовленный главой комитета Госдумы по информационной политике Александром Хинштейном.

Этот документ предусматривает полную или частичную блокировку, замедление трафика и штрафы за ограничение доступа к материалам российских СМИ и за нарушение права на свободу информации на русском языке, чем часто грешат Youtube, Twitter, Facebook.

Надо понимать, что эти сервисы, являясь частными, могут, во-первых, подать иски за наложенные ограничения, усмотрев в них воспрепятствование свободной деятельности и создание государством условий для недобросовестной конкуренции. Во-вторых, они вполне спокойно блокируют, помечают и ограничивают даже своего президента без всяких последствий у себя в стране, так что российскими санкциями их не напугаешь.

Кроме того, российский рынок для того же Google отнюдь не самый прибыльный и составляет примерно 30 млрд рублей в год - капля в море при доходах только за второй квартал 2020 года в 38,2 млрд долларов. При этом доходы формируются за счет средств рекламодателей, а не за счет количества просмотров или подписчиков у того или иного СМИ. Если какой-нибудь производитель йогурта «Нежный кишкоблуд» оплачивает рекламу на Youtube, то абсолютно без разницы, на каких каналах она будет появляться – у Владимира Соловьева или у Кати Клэп, рекламный бюджет утвержден и деньги уже уплачены.

Даже в случае полной блокировки сервисов на территории России потери для российской индустрии медиа будут гораздо болезненнее, чем для самих сервисов, поскольку будут утрачены каналы продвижения российских материалов за рубежом, блокировка потребует значительных вложений, многие потеряют работу, а сами иностранные сервисы вполне свободно обойдутся без нашей страны – ведь не мешает же им блокировка на территориях тех же Китая, Северной Кореи и Ирана, а это более полутора миллиарда потенциальных пользователей. В этом плане можно вспомнить слова бывшего замминкомсвязи Алексея Волина на вопрос о возможности блокировки Facebook, Instagram и YouTube: "Мы бредовые потуги не комментируем. Чести много".

И, наконец, если российские материалы сейчас доступны на Youtube, хоть и с пометкой, то в случае искусственного ограничения трафика или блокировки сервиса их вообще никто не увидит.

Поэтому вместо внесения весьма спорных законопроектов лучше обходиться действующими инструментами апелляций и исков, одновременно развивая свои информационные ресурсы с привлечением иностранных инвестиций. Практика чучхе в инфопространстве не самый лучший вариант для России, сулящий только усиление изоляции, но никак не возможность доносить свою позицию и влиять на общественное мнение за рубежом.