анном» виде в суд. Представителей надзорного органа не устроило то, что следствие проигнорировало многочисленные показания в отношении причастности Арашукова к этим убийствам и возвратило эти дела в Следственное управление СКР по КЧР.

Родственники Фраля Шебзухова, недовольные действиями следователей, направили главе Совфеда Валентине Матвиенко и руководителям федеральных силовых структур возмущенное письмо: «Мы подозреваем, что сенатор как высокопоставленный чиновник, очевидно, имеет рычаги влияния на представителей правоохранительных органов. Именно поэтому данное дело отложено в долгий ящик».

Но никаких действий со стороны правоохранительных структур не последовало даже после этого. А в сенаторском окружении попытались представить дело так, что это был некий политический заказ. Хотя о какой политике в данном случае может идти речь, если дело касается убийства?

Однако, в том, что касается расследования убийства Аслана Жукова, в распоряжении следствия имеются не только признательные показания киллеров, а даже аудиозапись разговора возможного инициатора не только убийства Жукова, но фактически и государственного переворота, Рауфа Арашукова.

«Газовый король» и его династия

В республике у многих сегодня есть не просто сомнения, а полная уверенность в том, что местные правоохранители не рискнут заняться расследованием криминальной деятельности враждующих республиканских кланов. Сенатор Арашуков считается в КЧР неприкасаемым в силу принадлежности к одному из самых влиятельных кланов республики, во главе которого стоит его отец, Рауль Туркбиевич Арашуков.



Арашуков Рауф Раулевич с известной ведущей Тиной Канделаки

Рауль Арашуков, начавший свою карьеру в советское время, благодаря, как отмечали многие СМИ, своему родству с бывшим управделами Генпрокуратуры РФ Назиром Хапсироковым, стал в начале нулевых получать выгодные контракты со структурами «Газпрома», а затем и вовсе влился в топ-менеджмент корпорации. О воспитании «газовым королем» сына Рауфа в атмосфере вседозволенности и потакания любым капризам говорит карьера Арашукова-младшего, которая феерична даже по кавказским меркам. Уже в 17 лет он стал депутатом Ставропольской городской Думы, членом Постоянной комиссии по собственности. В 21 год – министром труда и социального развития КЧР, в 24 года – депутатом Народного собрания КЧР и вице-премьером правительства республики. В 25 лет он возглавил местный «Автодор», затем стал главой Хабезского района, вотчины Арашуковых, и, наконец, сенатором.

Не удивительно, почему в такой ситуации не дается ход убийственным в полном смысле этого слова показаниям многочисленных свидетелей, обличающих Рауфа Аширокова.

После того, как новый глава Дагестана Владимир Васильев начал, что называется, железной рукой наводить порядок в республике, и на скамью подсудимых стали попадать тамошние коррупционеры, надежды на то, что федеральная власть поможет и другим северокавказским регионам, проснулись в том числе и в Карачаево-Черкесии, измученной беспределом властвующих местных кланов, ни во что не ставящих закон и справедливость.

Вместо эпилога

Сейчас в республике ожидают, что вмешательство федерального Центра превозможет теневую власть кланов, имеющих тесные связи не только среди местных силовиков, но и в Москве. Понятно, что нельзя ограничиться лишь зачисткой одного, причем не самого могущественного клана. Жители КЧР ждут искоренения всей доселе всемогущей коррупционной системы, которая стала «государством в государстве» и поставила его население на грань бедности и безработицы.

Сегодня Россия находится под усиливающимся прессом западных санкций. Цель этого давления не просто «заставить хорошо себя вести», как декларируется, а запустить в стране центробежные процессы, как в конце 80-х годов прошлого века. Социально-экономические проблемы, усугубляемые разгулом коррупции и клановости, создают питательную почву для подогревания сепаратистских и экстремистских настроений. Таким образом, перед правоохранительными органами стоит задача не просто поймать за руку зарвавшихся коррупционеров, а обеспечить национальную безопасность страны.