Книгу Глеба Клинова я прикупила одной из первых, а сегодня прочитала как он чудесно пишет про цвет обложки💛 А вот если самого Глеба «пустить» на цвет, то каким бы он был?😁

Как вам совершенно отчётливо видно на фотографии, обложка книги «Думать лучше без очков» — жёлтого цвета. Я просил жёлтый, издательство сделало жёлтый.

Тем возмутительнее регулярные заявления в комментах, что обложка не жёлтая, а оранжевая. Самое, конечно, возмутительное, что Марина тоже так думает. Да что там «думает» — прямо в глаза мне говорит, а ведь я приносил ей её любимую булочку по дороге с работы.

Пришлось лезть в цветовую палитру и она в некотором роде примирила тех, кто за нормальный жёлтый, и тех, кто за порочный оранжевый.

Там написано, что это цвет «гуммигут». Если взять какое-то камбоджийское дерево семейства гуммигутовых, высушить его и истолочь в пыль — получится такой жёл... гуммигутовый цвет.

Если же кто-то и здесь окажется не согласен, тогда я вам скажу: «Ладно. Ладно! Это не гуммигут, а куркума, цвет куркумы, но больше мы с вами не разговариваем».

Примерно тогда же в комментариях написали, что если есть цвет «гуммигут», то почему бы не быть, например, цвету «воннегут». И я согласен, это же почти очевидно. Взять писателя, высушить, истолочь в пыль — получится насыщенный воннегутовый цвет. И паланиковый ещё. Джером-джеромовый. И кафка. Мы охотники за удачей, птицей цвета ультракуприн.

Кажется, что воннегутовый — это что-то зеленовато-мутное с отливом, напоминающее бутылочное стекло.

Паланиковый — как будто взяли голубя и выпустили ему кишки в луже с бензиновыми разводами.

Кафка — цвет стены государственного учреждения, эдакий «бюрократический асфальт» с примесью трупной охры и мелкими вкраплениями киновари.

Куприн — одновременно тёплый и тревожный цвет дуэльного рассвета, кармин с примесью умбры и кадмия оранжевого.

Табачно-коричневый с солью «хэмингуэй», чернильный индиго с золотом «борхесовы глаза» и холодный стальной голубовато-серый «оруэлловый».