(Окончание. Начало выше)
"Кедр" рос и крепчал. У сети появились посредники, внутренние конфликты, тайный бюджет и руководитель, которого никто не видел. Последнее особенно понравилось Марку: он давно подозревал существование такого человека.

Степан придумал руководителю больное колено и дочь, учившуюся на стоматолога. За вербовку вымышленных информаторов платили настоящие деньги. Один требовал оплатить операцию матери. Другой боялся за семью. Третий был жаден и несколько раз повышал цену.

Степан снял квартиру получше, рассчитался с долгами, и купил Асе мощный ноутбук. Она вытащила его из коробки и сначала ничего не сказала.

- Не тот? - испугался он.

- Тот.

- А что тогда?

Дочка обняла его, не выпуская из руки прозрачную упаковочную плёнку. Плёнка хрустела у него за спиной.
Ради этого звука, подумал Степан, можно было ещё немного побыть плохим человеком.

Через несколько недель Марк сообщил, что часть сведений подтвердилась по независимым каналам.
У Степана похолодели ладони.
Потом с тем же известием пришёл Тарик.

Где-то далеко от его кухни люди обменивались справками, проверяли источники, накладывали допуски. В какой-то точке две копии одной лжи встретились, пожали друг другу руки и сделались доказательством.

Степан решил, что раз их совместное творчество с GPT перекрестно подтверждалось обоими клиентами - то это уже не совсем голимое вранье, а фантазии с подтверждением. И он слегка успокоился.

Проблемы начались с требования показать хоть одного живого человека.
Марк выражался осторожнее. Ему требовалось "уточнить уровень источника". Тарику понадобилось "подтверждение адекватности канала информации". Но смысл был один: сеть, которая столько стоила, должна была наконец выйти из текста и обрести плоть и кровь.

Степан выбрал механика.

Не Юсуфа, говорил он себе. Просто механика, который немного похож на Юсуфа. У персонажа не было фамилии. Он ничего не знал о содержимом передаваемых пакетов. Работал за мелкие деньги. В любой истории требуется кто-то такой.

Однако история получалась слабой.

Тогда Степан добавил привычку прятать печенье среди инструментов, очки на шнурке и маленький шрам на пальце. Модель встроила подробности в донесение. Человек сразу сделался объёмным, достоверным и чрезвычайно удобным для опознания.

Степан попросил ИИ сделать текст убедительнее и вместо неосведомлённого посредника в документе начал действовать опытный связной. Он контролировал передачу особо важного оборудования. Бытовые привычки служили прикрытием.

Степан перечитал абзац несколько раз. У него уже хватало денег на год спокойной жизни. Он мог закрыть ноутбук, отказаться от обоих контрактов, признаться хотя бы себе. Но за сведения о связном полагалась отдельная премия, а за сведения о случайном механике - дополнительные вопросы.

Он отправил документ по двум адресам. Через одиннадцать дней Юсуфа нашли мёртвым в машине. Его жена позвонила в клуб, потому что не знала, кому ещё звонить. Трубку взял Степан. Она несколько раз повторила одну и ту же фразу на иврите. Он не понял слов, но уже знал, что случилось.

Вечером Марк сообщил, что один из узлов сети перестал функционировать.

- Какой узел?

- Пока не по телефону.

- Его звали Юсуф.

Марк помолчал.

- Степан, вам нужно научиться держать дистанцию.

После разговора Степан долго стоял у холодильника. На дверце была магнитная клипса. К ней Юсуф однажды прицепил записку: "Не забудь лампу, великий пилот".

А через три дня загорелся склад, который он указал в одном из донесений. Адрес взял из старого объявления: помещение выглядело заброшенным. Оказалось, его давно арендовала маленькая фирма. Погибли охранник и водитель, задержавшийся после разгрузки.

Степан прочитал их имена несколько раз. Они ничего ему не говорили. Это было особенно страшно: он даже не мог вспомнить, какую именно фразу написал про этих людей, потому что ничего про них не писал.

Виртуальный мир начал проявляться в реальном. Из-за искусственного вранья потекла настоящая кровь.

В субботу у Марка был назначен полёт. Степан приехал раньше, сел в раздевалке и минут двадцать смотрел на свои руки. Они слегка дрожали. Он отменил бы занятие с любым другим учеником. С Марком не отменил. В воздухе американец быстро заметил, что инструктор молчит.

— Что-то случилось?

Под ними лежала Хайфа. Отсюда дома казались аккуратными и почти одинаковыми.

- "Кедра" нет, не существует, - сказал Степан.

- Что значит - нет?

- Я его придумал.

Марк повернул голову. Степан смотрел вперёд.

- Источники?

- Тоже.

- Руководитель?

- Всё придумал. Я. И программа ИИ.

В гарнитуре было слышно дыхание Марка:

- Но наши сведения прошли независимую проверку...

Тогда Степан рассказал и про второго заказчика.

- Я отправлял разные версии вам обоим. Не знал, где они встретятся. Потом вы оба стали говорить, что всё подтверждается.

- Это невозможно.

- Я тоже на это надеялся.

Марк потянулся к управлению слишком резко.

- Не трогай, - сказал Степан.

Американец убрал руку.

Некоторое время они летели молча. У Степана перестали дрожать пальцы. В этой кабине ещё действовали правила, которые он понимал: если он ошибётся, упадут оба.

- Кто убил Юсуфа? - спросил он.

- Кто конкретно, я не знаю. Центр принял решение об опасности и нестабильности такого агента. Вы - наш человек в Хайфе. Нам вас одного было достаточно.

Ответ прозвучал без обычной уверенности. Степан ждал угрозы, оправданий, слов о государственных интересах. К этой простой фразе он оказался не готов.

Он был их человеком в Хайфе...

Единственным во всей цепочке, кто мог потрогать Юсуфа за плечо, увидеть его живым, попросить перестать ругаться при ребёнке.

- Сейчас мы вернёмся, - сказал Марк. - И спокойно разберём ситуацию.

- Я вернусь.

- Степан!

- Ты тоже. Все вернутся, кто ещё может. И куда может...

Потом Степан выключил двигатели и начал исполнять упражнение "сухой лист" - отработка аварийной ситуации с клиентом по его просьбе. Так это потом значилось в полетном задании и при расследовании несчастного случая, происшедшего с американским клиентом. Вертолет вошел в штопор при выключенном двигателе, а порыв ветра бросил его на пальму на краю площадки прямо со стороны ученика. От удара американский спортсмен-любитель скончался на месте. Инструктор Степан отделался сильными ушибами и дисквалификацией...

После этого прискорбного случая Степан с Асей уехали на длительный ретрит-восстановление куда-то в Горный Алтай. И следы их затерялись. Но говорят, что на Алтае недавно были открыты и новенький вертолетный клуб и школа нейронного программирования для подростков.