Я знаю, что некоторые ведут списки дел. У самого такой есть. А еще есть те, кто создают списки желаний. Видимо, чтобы не забыть, что хотят. Никогда такие не делал. А тут недавно заразил меня один человек. Говорит, что полезная вещь. Мол, чаще о них думаешь – быстрее их достигнешь. Ну не знаю. Звучит как-то бездоказательно. Гуманитарненько. С другой стороны, фиг его знает, как оно все устроено. Может и правда? Давайте попробуем? Я свои сформулирую, вы – свои. Делов-то на три минуты. А вдруг поможет? А вдруг вжух – и получится. Эксперимент, однако.

1. Очень хочется терпения. Даже нет, не терпения. А восхитительной способности не париться по мелочам. Чтобы мудро усмехаться над бегающими и высунувшими языки от старания. Чтобы давать вещам свершаться. Чтобы не сожалеть об упущенном, потому что хрен его знает, что было бы, если бы не упустил. Чтобы видеть возможности и давать им вызревать. Чтобы не тратить силы на ерунду. И чтобы не считать ерундой важное. Может, это мудрость? Нет, все же терпение.

2. Еще хочется любопытства. Не ехидного. Не злорадного. Не с усталым прищуром. А того самого, детского. Мол, зырьте, ребзя, какая штуковина. Хочется широко раскрытых глаз и округляющихся губ. Хочется поскорее засыпать вечером, чтобы быстрее настало утро. Приключения хочется, пусть даже и в голове. Удивляться новому бесконечно. Не ждать, когда новое станет кошмаром. Ждать подарков хочется. Да, рвать жизнь трясущимися от нетерпения пальцами.

3. Ума бы еще. Ну хоть чуть-чуть. Даже не ума как такового, а вот такую бы интеллигентскую породистость. Это когда ум не обязателен. Не как сейчас, когда в голове винегрет из Чехова и Мопассана. Хочется, чтобы и художники, артисты разные, философы тоже были. Спорить не случайно услышанными цитатами, а обосновано. Великое хочется понимать. Красивое хочется чувствовать. Быть немного утонченным. Нет, просто отставлять палец в сторону не помогает.

4. Чувствовать эмоции других надо. А то как-то живешь как страус. С головой в себе. Смотришь, смотришь в себя. Думаешь о своих бедах, тонком устройстве, тяжелом детстве. А если по сторонам взглянуть, то и времени нет. А там, по сторонам, много же всего чудесного. Каждый человек – целый мир. Если приглядеться, то и вселенная. Ох, как хочется купить телескоп. Только непонятно, где ж их продают.

5. А больше всего хочется мира. Чтобы не было страха. Он же всего хуже, страх этот. Все самое плохое, самое гадкое движется страхом. Потерять что-то или не получить что-то. Гадкое, ползучее чувство. Сидит в груди, жмет. Или потрясывает мелко. Даже если все хорошо. Вот как бы так его искоренить? Чтобы наступил мир внутри. И снаружи.