Юбер Годар говорит о разнице между пространством, которое создает тело (phenomenological space) и пространством географическим (topos). Пространство каждого из нас в этом смысле субъективно, это историческая сложившиеся вариации доступных каждому способов движения и восприятия. И формы ожиданий.

Бонни Бейнбридж Коэн предлагает идею нейро-клеточных паттернов и практику их воплощения (Татьяна Гордеева сказала бы ‘втелеснивания’) как путь обретения зрелости в вариациях своего движения, поведения и взаимодействия с миром.

Мне нравится думать, что всеми этими «телом», «движением», «взаимодействием» мы производим пространства, множество пространств; о том как они обусловлены историчностью каждого отдельного тела и местностями, в которых мы росли, в которых мы двигались и ‘вели себя’, в которых, встречаясь с топосом, привыкали ‘быть’.

В этой перспективе мы могли бы думать о себе как о сомах, сквозь которые живут местности. Я бы размышляла о себе как о кочующей азовской соме, нашедшей свое текущее пристанище на балтийских берегах. Гражданство, пол и профессия в этом смысле могли бы быть вторичны.

Кочующие производители пространства.

В буддистком понимании все есть пространство, и оно бесконечно беременно возможностями.