Российский Литературный Слэм закончился на этой неделе (октябрь 2025).

Это был седьмой литературный слэм. Подчеркну, что бывал и на шестом слэме в Старом Осколе.

Если честно, меня удивляет рвение Войнова так бескорыстно вкладываться в организацию этого мероприятия. Каждый из нас фантазирует (в том числе и я): «Что, если бы у меня были деньги…». Ну вот, Войнов действительно, как он говорит, «для продвижения литературы» придумал этот фестиваль.

Билеты иногородним участникам оплачиваются, в том числе и проживание, да еще и достаточно приличный приз — 100 000. Конечно, я оба раза ездил за деньгами. В общем, какой-то поэтический санаторий с возможностью выиграть деньги.

Не скрою, конечно, что у фестиваля есть цензура, чему не все поэты рады. Хотя я считаю, что нужно уметь работать на разную аудиторию.

Сам организатор говорит, что цензура — это метод страховки мероприятия. Сейчас вообще без цензуры никуда. Я согласен с Войновым в том, что поэзию нужно вытаскивать из баров на стадионы, концертные залы, библиотеки, и я сам этим активно занимаюсь.

Поэтический язык после эпохи постмодерна сильно изменился. Открылись новые горизонты и грани. Эти изменения не всегда соответствуют стандартному пониманию морали в обществе. Иногда приходится готовить зрителя к тому, что сейчас будет что-то, к чему он не привык. При этом людей, активно следящих за поэзией, и уж тем более пишущих «ярким словцом», не удивишь.

Бывает гораздо более неадекватная цензура, чем здесь.

В Старом Осколе слэм этим летом проходил на современной площадке в центре города, а в Петербурге для первого этапа был выбран «Гранд Отель Эмеральд».

Кто-то из участников этим воспользовался и выглядел элегантно. Но мне показалось, что мои «пацаны со двора» выглядели оборванцами. Отчасти это даже казалось неким манифестом в богатой атмосфере, так непривычной андерграундной тусовке.

Громко кричали, спорили…

Вообще, поэты всегда были за справедливость, честность и искренность. Если за это не борешься — ты не поэт. Поэты похулиганили.

Можно подумать о том, как после этого нас приглашать на культурные мероприятия. Отвечу: можно и нужно. Эта поэтическая «поза» начинает проявляться, когда автор чувствует себя некомфортно в новых условиях или даже не ощущает искренности в хрустале люстр и мраморе пилястр. Несмотря на Золотой век, как-то так повелось, что поэт — это отщепенец.

Надеюсь, в будущем положение исправится.

Несмотря на достаточно нервную обстановку, многие смогли адаптироваться (зал — это тоже очень важно). Поэзия победила!

Локация финального дня была привычнее. Нас приютил Музей литературы ХХ века, что, как мне кажется, немного успокоило авторов и их поддержку. У многих даже сработал пиетет к музейному делу и истории.

Я не могу не написать о том, что мы, «Обормоты», заняли первые места. Лена Стрельникова, моя хорошая подруга и первый человек, сказавший, что мои стихи интересны.

У меня никогда не было брата, но он появился… Витя Горелый, мой лучший друг и младший брат.

Гуляли по набережным, читали стихи, жили вместе какое-то время. Сейчас Витя и Лена — муж и жена.

Я очень рад, что наша поэтическая школа заняла первое место.

Видно, что Андрей Войнов переживает за своё детище (РЛС) и хочет развивать его дальше.

Самое важное для меня — что появляется поэтическое комьюнити, и авторы из разных городов не только получают возможность быть услышанными, но и познакомиться с новой литтусовкой.