Освобождение шума, или почему всякая мазня не может считаться искусством - блестящее объяснение по аналогии с музыкой

“Задача изобразительного искусства, по мнению экспрессионистов, не в изображении физических объектов, а в передаче «невидимой реальности», состоящей из эмоций, сверхъестественного или невыразимого. Некоторые художники воплощали эту точку зрения с помощью полосатого, размазанного стиля, в котором присутствовали плоские, размытые (но всё же узнаваемые) объекты, несогласованные пространственные отношения и намеренно примитивная техника.

Как правило, эти картины изображали искажённые человеческие фигуры, затмеваемые зловещими, вихревыми фонами, фигуры с безликими головами или с агонизирующими, не видящими глазами, или с злобными, свиноподобными рылами. Более «освобождённые» художники, следуя примеру таких мастеров, как Кандинский и Клее, отказались от изображения физических объектов вообще во имя верности миру не-объектов, который художник якобы передавал с помощью бесформенных «абстрактных» пятен, произвольных сочетаний линий и кругов или коллажей из бумаги, картона, дерева и трамвайных билетов.

Музыкальным аналогом этого подхода стали композиторы, последовавшие за Арнольдом Шёнбергом — человеком, который положил начало нападению на концепцию тональности. Музыкальные экспрессионисты отказались от установления тональности, модуляции, гармонии, мелодии. Вместо этого их «атональные» композиции предлагали слушателю несводимую серию возбужденных, диссонантных звуков с апокалиптическим грохотом, приглушёнными бульканьями и истерическим блеянием-плачем. Новая музыка, говорил Шёнберг, «обращается с диссонансами как с консонансами» и тем самым представляет собой «эмансипацию диссонанса» — другими словами, освобождение шума.
Она не красива, говорили её поклонники в то время, но она глубока. Она глубока потому, что уродлива, потому что публика её ненавидит и потому что она непонятна. «Меня не могут понять, — писал Шёнберг в письме 1924 года, — и я довольствуюсь уважением».

Цитата по The cause of Hitler's Germany by Leonard Peikoff.

#книги