Интересно, кстати, то, что новгородские летописцы не проводили различие между враждующими группами в вече, поэтому в летописях «новгородский народ» мог изгнать одного князя, а затем снова его позвать. Зато московские летописцы смогли интерпретировать это как свидетельство того, что новгородский народ представлял собой вечных смутьянов и мятежников, которые не умели управлять собой, а значит завоевание Новгорода Москвой было оправдано для наведения порядка.

Наконец, мы подходим к главному вопросу. Была ли Новгородская республика олигархией? Ответ: скорее да, чем нет. Однако выводы, которые делают из этого факта, часто неверны. Во-первых, склонение политического строя к олигархии само по себе не означает неизбежный крах государства. И в Венеции, и в Дубровнике в конечном итоге власть оказалась сконцентрирована в руках элиты, а народные собрания вообще прекратились. Тем не менее, это не помешало Венеции просуществовать вплоть до Наполеоновских войн. Республиканский строй в Венеции не стал от этого менее республиканским и более «неправильным», а сама Венецианская республика, вопреки тем интерпретациям, которыми видные советские историки объясняли падение Великого Новгорода, отнюдь не рухнула под тяжестью собственных антидемократических ошибок. Во-вторых, и это важно, сам факт высокого влияния бояр не ликвидировал вече. К этому стоит также добавить, что так называемый «совет господ», de heren, который некоторые авторы приводили как пример олигархического совета, скорее всего не существовал и означал либо вече, либо какие-то неинституционализированные, спорадические совещания посадников, тысяцких и старост.

Подводя итог, Лукин приводит несколько примеров, что жители Новгорода отнюдь не хотели терять свою свободу. Московские летописцы сами это признают, когда пишут, что «лучшие люди» Новгорода поддержали Москву (имея ввиду промосковских бояр), в то время как клан Борецких вместе с «худыми вячевыми мужиками» был против княжения Ивана III. Согласно окончанию Строевского списка НIV, именно
простые новгородцы побуждали бояр к решительным действиям против Москвы: «И новгородцы вышли против [москвичей] на Шелонь, а к Русе послали новгородцы судовую рать, и пешие много бились, и перебили много москвичей... И начали новгородцы кричать на больших людей [бояр], которые приехали с ратью на Шелонь: "Ударим теперь"». Непосредственно перед падением новгородской независимости мы читаем в устюжской летописи, что чернь отвергла Ивана III, а боярские посадники, пригласившие его, были убиты.