Соблюдал ли Иран ядерную сделку, подписанную при Обаме?

👉🏻До выхода США из сделки Международное агентство по атомной энергии многократно подтверждало, что Иран выполняет свои ядерные обязательства по JCPOA. Например, в марте 2018 года глава МАГАТЭ Юкия Амано прямо заявил, что Иран исполняет свои обязательства по сделке. Немецкий МИД тоже суммирует это так: до середины 2019 года МАГАТЭ в своих квартальных отчетах подтверждало соблюдение Ираном условий JCPOA.

👉🏻После выхода США из JCPOA в мае 2018 года ситуация изменилась не сразу, а поэтапно. По данным МАГАТЭ, с 8 мая 2019 года Иран начал шаг за шагом прекращать выполнение ядерных обязательств по сделке, а с 23 февраля 2021 года перестал выполнять их полностью, включая Дополнительный протокол, который давал инспекторам более широкий доступ.

Итого: до американского выхода из сделки Иран в основном соблюдал JCPOA; после этого он стал постепенно отступать от ее условий и в итоге перестал их выполнять.

💁🏻‍♂️США вышли из сделки не потому, что МАГАТЭ тогда зафиксировало нарушение Ираном именно ядерных обязательств, а потому, что администрация Трампа считала саму сделку плохой по конструкции и вредной стратегически.

Главные официальные аргументы Вашингтона были такими:

Во-первых, Белый дом утверждал, что JCPOA лишь временно ограничивает иранскую ядерную программу, но не ликвидирует ее полностью.

Во-вторых, США были недовольны тем, что сделка не охватывала в достаточной мере баллистические ракеты, региональную политику Ирана и поддержку им союзных вооруженных групп.

В-третьих, администрация Трампа считала, что снятие санкций укрепило иранский режим экономически, не изменив его внешнеполитическое поведение. Именно так это было сформулировано в официальном заявлении о выходе 8 мая 2018 года.

Европейцы и сторонники сделки смотрели на это иначе. ЕС после выхода США прямо заявил, что сожалеет об этом шаге, а смысл их позиции был такой: пока Иран проверяемо соблюдает ядерные ограничения, сделка работает и удерживает кризис под контролем. Иначе говоря, европейский аргумент состоял не в том, что Иран «хороший», а в том, что проверяемое ограничение лучше, чем отсутствие ограничений вообще.