Основной концепцией таких арт-объектов в интерьере была игра с пространством, светом и гравитацией. Дизайнеры стремились уйти от статичности традиционной скульптуры, создавая конструкции, которые меняли свою форму под воздействием воздушных потоков или при помощи скрытых механизмов. Кинетические установки часто появлялись в интерьерах научно-исследовательских институтов, фойе домов культуры и экспериментальных квартир.
Одним из самых запоминающихся примеров использования кинетики в советском кинематографе и культуре стал «Мобиль» в квартире Самохвалова.
Деталь работает на характеристику Самохвалова — человека про эффект, современность и «правильную» витрину. Кинетический объект в интерьере становится знаком вкуса на модное и статусное, демонстрацией причастности к прогрессивной эстетике, но при этом не требует от хозяина внутренней глубины — он просто производит впечатление и создает ощущение движения/жизни в довольно типичном для эпохи пространстве.
Такие «мобили» появились в Москве на американской выставке в Сокольниках в 1959 году и были очень дорогие. Франциско Инфанте-Арана стал тем художником, который воплотил свою версию мобиля специально для фильма. Появление такой скульптуры в фильме Эльдара Рязанова стало отражением моды на «научный стиль» в оформлении общественных пространств, когда сложные геометрические формы помогали создать атмосферу сосредоточенности и прогресса.
Сегодня использование кинетических скульптур в интерьерах того периода воспринимается как предвестник современного минимализма и хай-тека.