Думая о судьбах несистемной оппозиции, вот решил, что ведь ситуация, которую переживают современные либералы, очень похожа на то, что переживали левые, но в прошлом веке.

Скажем, внутривидовая борьба — самая жесткая. Это факт. Те, кто конкурируют за одно поле и выглядят при этом наиболее похоже друг на друга, — те и являются главными врагами, особенно в политике, где одна из основных функций — это создание смыслов. Смыслы того, кто на тебя максимально похож, скажем, такой же левый, но с другими акцентами, более опасны, так как он может мимикрировать и в самый неподходящий момент тебя уничтожить, а со стороны обыватель и не заметит разницы. С прямыми противниками такой проблемы нет, там можно сразу консолидироваться на противостояние с ним на основе того, что он инаковый. Всё по Карлу Шмитту.

Теперь же вспомним историю.

Левые уничтожали друг друга в СССР всю историю, либералам тоже досталось, но сравнительно меньше, чем левым. В итоге, когда советская власть пошла в разнос и повалилась, левые не успели оправиться ещё от того, что с ними было до этого, не успели идеологически, структурно оформиться, а либералы смогли, им было проще.

Сейчас же ситуация с либералами такая же, как была с левыми. Их бьют первыми, потому что они ближе всех были ко власти, потому что они больше всего на неё похожи. Левых же смысла бить, как их, оказалось уже не так много. В совокупности с ростом экономического и социального напряжения это говорит о том, что на следующем повороте скорее левые окажутся на коне, чем либералы.

#Алексей_Челюскин
@class_left