Борьба за Эчмиадзин: церковная реформа или кампания за контроль светской власти над церковью?
                       
1. В день 24 сентября 2026 года Центр общественных связей и информации аппарата правительства Армении опубликовал доклад (на армянском языке это 74 страницы, в англоязычной версии - 68), посвященный текущему состоянию государственно-конфессиональных отношений в этой стране. Полное название представленного текста «О кризисе, возникшем в Церкви в результате действий фактического главы Армянской Апостольской Святой Церкви и ряда представителей высшего духовенства, и о путях его разрешения».
2.  Немного политологического источниковедения. Начнем с «внешней критики». Во-первых, правительство Армении сразу, с места в карьер определяет предстоятеля Армянской Апостольской церкви (ААЦ) Гарегина II, как «де-факто главу» религиозной структуры. Власти недвусмысленно ставят своей целью отстранение действующего Католикоса. Во-вторых, доклад предваряется важным разъяснением: «Подготовка настоящего доклада обусловлена ​​Программой правительства Республики Армения на 2026–2031 годы и была осуществлена ​​по поручению премьер-министра Республики Армения. Жанр понятен, перед нами не научное изыскание, не журналистское расследование, а политически значимый документ. В нем «цели ясны, задачи определены». В своем нынешнем виде ААЦ не устраивает армянские власти!
3. От внешней переходим к «внутренней критике» источника. В докладе сформулированы 16 групп претензий. Среди них: нарушения обета безбрачия и отсутствие дисциплинарной ответственности; преследование и лишение сана отдельных священнослужителей; непрозрачность финансов; назначения по родственным связям; политизация церковной деятельности и предполагаемое внешнее влияние и ряд других обвинений. В «конструктивной части» представленного материала (это раздел 3 доклада «Предлагаемые решения» описывается пятиэтапная схема реформы: создание координационной группы по реформе ААЦ; отставка нынешнего Католикоса; избрание местоблюстителя, который должен подготовить Национально-церковное собрание; аудит имущества и финансов, и новые уставные документы; принятие устава; созыв Национально-церковного собрания и избрание нового предстоятеля.
4.    Документ, конечно же, декларирует принцип разделения Церкви и государства. Согласно тексту, реформу должна проводить сама Церковь через духовенство и верующих, а государство должно «действовать только в пределах своих конституционных и законодательных полномочий». Непраздный вопрос, а разве реформа ААЦ уже прерогатива светской власти? Ведь именно ей нужны эти преобразования, она их инициирует, а не церковный клир. Более того, Эчмиадзин характеризует действия правительства Армении, как вмешательство в автономию Церкви. Эта позиция была официально изложена еще 26 августа и подтверждена на заседании Верховного духовного Совета ААЦ 15–17 сентября.
5.  Армянская Апостольская церковь не единожды в своей истории переживала и политический прессинг, и репрессии. Но одно дело, когда с ней боролись иноверные (и иноэтничные) государства (Османская империя) или власти, поставившие атеизм в качестве идеологической основы (СССР). Или имперские структуры, опасавшиеся ее нелояльности (Российская империя конфисковала имущество ААЦ 12 июня 1903 года, но уже 1 августа 1905 года от этой меры отказались). Сегодня с ААЦ ведет борьбу уже армянская государственная власть, а не разномастные империалисты и атеисты.
6.    Причины такого давления очевидны. ААЦ иначе видит армянскую национальную идентичность и государственность, она не готова в полном объеме к «декарабахизации» и признанию «Реальной Армении» как основы нациестроительства. ААЦ исторически была не просто религиозной организацией, но одним из главных носителей армянской идентичности в условиях столь нелюбимой Пашиняном «исторической Армении». Из ее рядов время от времени выходят оппозиционеры (см. опыт борьбы архиепископа Баграта Галстаняна). И, в конце концов, она сохраняет определенную автономию, что в контексте процессов внутриполитической гомогенизации сильно выбивается из общего ряда.