«Эльсинор» Саймона Стоуна — бенефис Эндрю Скотта, великого актёра, которому досталась роль другого великого актёра. И, кажется, более подходящего исполнителя для этой истории невозможно было придумать.

Фильм рассказывает о последних месяцах жизни шотландца Иэна Чарльзона, звезды «Огненных колесниц», который в 1989 году заменил Дэниела Дэй-Льюиса в постановке «Гамлета» в лондонском Национальном театре. К тому моменту Чарльзон уже тяжело болел СПИДом, но отказываться от роли всей своей жизни не собирался.

Гамлет — своего рода Эверест для любого актёра, и Скотт покоряет его с какой-то совершенно невероятной, почти обескураживающей естественностью (на сцене он это уже делал 150 раз). При этом перед ним стоит задача ещё сложнее: сыграть человека, который играет Гамлета, постепенно теряя физические силы, но ни на секунду не утрачивая внутренней потребности выходить на сцену. Скотт существует одновременно в двух ролях, и шекспировский текст приобретает совершенно другое, пронзительно личное звучание. Его герой может быть остроумным, упрямым, раздражительным, испуганным, отчаянно живым, и в каждом из этих состояний ему веришь безоговорочно.

Но «Эльсинор» это прежде всего фильм о жизни. О призвании и той почти необъяснимой миссии, которую несёт артист, потому что иначе просто не может. Чарльзон не пытается победить смерть искусством, он пытается прожить отпущенное ему время так, чтобы не предать самого себя. И здесь театр становится не способом убежать от действительности, а возможностью по-настоящему в ней присутствовать, неся свою Миссию.

Есть в этой истории и другой, особенно болезненный парадокс. Чарльзон вынужден скрывать от окружающих свою болезнь, а вместе с ней и значительную часть собственной жизни. В мире, где признание могло обернуться осуждением и отвержением, именно сцена становится пространством абсолютной свободы. Там, примеряя чужую личность, он наконец может быть собой. И от этого граница между актёром и его героем, жизнью и шекспировской трагедией постепенно стирается.

Отдельных лавров заслуживает Оливия Колман в роли Маргарет Джонсон, врача, стоявшей у истоков лечения ВИЧ и СПИДа в Великобритании. Её героиня — невероятно сильная женщина, строгая, принципиальная, но бесконечно человечная. И в каком-то смысле перед нами история двух людей, посвятивших себя своему делу: один борется за возможность продолжать играть, другая же — за возможность сохранить ему жизнь. Их сцены со Скоттом великолепны, а юмор, порой довольно чёрный, удивительно органично вписывается в эту тяжёлую историю, ни разу не обесценивая происходящее.

Отдельным удовольствием стал визуальный язык картины. Стоун очень тонко работает с цветом: особенно заметен голубой, постоянно сопровождающий героя Скотта. Есть и небольшие, но выразительные символические детали: например, чертополох, национальный цветок Шотландии. Колючий, красивый, упрямо сопротивляющийся внешнему миру, он кажется почти идеальным отражением самого Чарльзона.

Название фильма отсылает к замку из «Гамлета», но здесь собственным Эльсинором становится Национальный театр. Место, где жизнь и смерть, реальность и искусство окончательно переплетаются. И отдельное, совершенно особенное переживание, смотреть эту историю буквально в соседнем здании от того самого театра, где почти сорок лет назад Чарльзон выходил на сцену.

«Эльсинор» не столько оплакивает ушедшего человека, сколько празднует его жизнь. Жизнь, которой оказалось так мало, но в которой было так много смысла. Это невероятно трогательное, человечное кино, которое находит место и слезам, и смеху, и радости самого существования.

Битва за лучшую мужскую роль в грядущем наградном сезоне обещает быть жестокой...

#отзыв_cx