История одного броманса: Сергей Довлатов и Иосиф Бродский

Зимой 1960 года литераторы встретились в квартире неподалеку от Финляндского вокзала. Бродскому было 19, Довлатову — 18. В квартире, по словам поэта, было много алкоголя, а оба гостя ухаживали за одной коротко стриженной девушкой. Вскоре Бродский уехал в Среднюю Азию, а вернувшись через два месяца, обнаружил, что «крепость пала» — победа, видимо, осталась за Довлатовым. Других подробностей первой встречи не помнил никто.

Дружба начала зарождаться позже: спустя два года Бродский читал «Шествие» в квартире Довлатова на Рубинштейна, 23. Публика отнеслась к длинной поэме прохладно, а вот самому хозяину понравилось. Тем же летом Довлатов ушел в армию, а вернувшись, принес Бродскому свои первые рассказы. Тот вместе с Анатолием Найманом разбирал их довольно сурово — Довлатову, как вспоминал поэт, «сильно досталось», но показывать свои тексты он не перестал. Позже Бродский решил, что Довлатов словно «мерил прозу стихом»: добивался от каждой фразы лаконичности, ритма и предельной емкости.

Отношения складывались с почтительной дистанцией. В письмах они обращались друг к другу на «вы». Хотя современники вспоминали, что после приезда в США Довлатов обратился к товарищу на «ты», но поэт предложил вернуться к «вы» — хотя для Бродского знаменитый писатель до конца оставался Сережей. В Америке Иосиф Александрович посоветовал писателю обратиться в американские журналы и рекомендовал его переводчице Энн Фридман. Первый переведенный ею рассказ Довлатова появился в The New Yorker в 1980 году.

В Нью-Йорке литераторы виделись нечасто, зато регулярно созванивались и переписывались. В сохранившихся письмах Довлатов приглашал Бродского поесть пакистанской еды, обещал привезти пельмени или балык и признавался: «Вся наша семья Вас очень любит».